Счастливый торт Шарлотты

Умываясь, я задумалась — а что если на приёме меня увидит и узнает кто-нибудь из знакомых? Ведь будут гости не только со всей округи, но со всего королевства. Что-то мне подсказывало, что так и случится.

Может быть, сбежать, не дожидаясь приёма? У меня оставалось несколько часов до принятия решения.

Я решила держаться подальше от всех гостей, но тем не менее, чтобы меня видели хозяева. Причем радостной и невозмутимой. Сэр Лливелин, правда, и не искал меня глазами — уж больно знатных гостей он приветствовал здесь. А вот наследник его, казалось, смотрел на меня из каждой щели. Ну естественно — ему же был назначен мною срок на сегодня. Чтоб ты провалился, подумала я, встретив его в очередной раз на своём пути. Сама же улыбнулась самой сладкой улыбкой, которую только могла изобразить.

— Еще раз приветствую вас, господин Мэбон. Наши с вами пути прямо-таки не расходятся сегодня! — и мысленно скрипнула зубами.

— Госпожа Шарлотта, я счастлив этому обстоятельству! — вокруг сновали слуги, поэтому он ограничился этим. Ну и еще одним липким взглядом, вползшим в моё декольте. Любуйся, ничтожество, жаль я не увижу твою смазливую рожу, когда ты обнаружишь, что остался с носом.

Мы вежливо раскланялись и прошли друг мимо друга. Около покоев Гвендолин толпился целый взвод престарелых матрон и молодых девиц — все готовили невесту к торжеству. Кто-то помогал одеваться, кто-то просто глазел и рассказывал подробности особо запоминающихся брачных ночей. Я послушала краем уха и содрогнулась — неужели мою гордую и независимую Гвендолин ждала такая дичь?

Оказывается, молодоженов раздевали на освященной брачной постели чуть ли не все присутствующие, потом производился обряд с завязыванием и развязыванием шнурка над достоинством жениха — это чтобы “освободить”мужскую силу. Потом молодоженам приносили сладкие напитки и закуски для соответствующего настроения."

"Контрольным выстрелом для меня явилось то, что и потом молодые не оставались одни — рядом с ними всё время находилась особо привилегированная матрона, которая наблюдала за процессом и периодически докладывала гостям, которые продолжали есть, пить и праздновать, о происходящем.

“Господи помилуй, никогда!” — единственное, что пришло мне на ум и я поспешила удалиться оттуда, дав самой себе обет безбрачия. Посмотрю на венчание и буду уходить огородами. Конечно, мне хотелось бы посмотреть на реакцию гостей и новобрачных на торт, но сейчас это не было главным. И я скрылась в своей спальне.

— Шарлотта! — я очнулась от своих мыслей и увидела Нию, которая стояла в проёме.

— Да, малышка, входи! — я еще раз подумала, что как хорошо, что Ния уедет с сестрой. — Ты что-то хотела?

— Поможешь мне заколоть волосы? — застенчиво спросила девчушка.