После — долго и счастливо

Я различаю в его голосе боль, когда он пытается заставить ее произнести хоть слово. – Хардин хочет поговорить с тобой, и он…

Через громкоговоритель доносится какое-то бормотание, и я наклоняюсь к телефону, пытаясь разобрать, что это за звук.

«Что там у них происходит?»

Бормотание продолжается еще несколько секунд, глухое и неразборчивое, и я наконец понимаю, что это голос Тессы.

– Нет-нет-нет, – монотонно и без пауз повторяет она, – нет-нет-нет-нет-нет…

Все, что еще осталось от моего сердца, разлетается вдребезги на бессчетное число осколков.

– Нет, пожалуйста, нет! – плачет она на другом конце линии.

«О боже».

– Ладно, все хорошо. Тебе необязательно говорить с ним…

Лэндон кладет трубку. Я перезваниваю, но знаю, что никто не ответит.

Глава 23

Тесса

– Сейчас я тебя подниму, – успокаивающе произносит знакомый голос, которого я не слышала уже очень давно. Сильные руки отрывают меня от пола и баюкают, словно ребенка.

Я прячу голову на крепкой груди Ноя и закрываю глаза.

Моя мать тоже здесь, я не вижу ее, но слышу ее голос.

– Что с ней? Почему она не разговаривает?

– Она в шоке, – поясняет Кен. – Но скоро придет в себя…"

"– Хорошо, и что мне с ней делать, если она даже не разговаривает? – язвительно спрашивает она.

Ной, способный общаться с моей бесчувственной матерью так, как может только он, тихо отвечает:

– Кэрол, пару дней назад она обнаружила тело отца. Полегче.

Никогда в жизни я не чувствовала такого облегчения от того, что Ной рядом. Я очень люблю Лэндона и благодарна его семье, но сейчас мне нужно покинуть этот дом. Мне нужен кто-то из старых друзей. Тот, кто знал меня прежней.

Я схожу с ума и знаю это. Мой разум отказывается работать с того дня, как я споткнулась о такое твердое и такое неподвижное тело отца. Ни одной здравой мысли не возникло у меня в голове с тех пор, как я выкрикивала его имя и трясла так сильно, что приоткрылась его челюсть, а игла выскочила из руки и, звякнув, упала на пол. Этот звук до сих пор стоит у меня в ушах. Такой простой звук. И в то же время такой страшный.

Помню, как внутри у меня что-то словно лопнуло, когда рука отца дернулась в моей. Наверное, это было непроизвольное сокращение мышц, но мне по-прежнему не удается понять, случилось ли это на самом деле или просто разыгралось мое воображение, подарив ложную надежду. Когда я проверила его пульс, надежда угасла, и мне не осталось ничего иного, кроме как сидеть, не испытывая ни одной эмоции, и смотреть в его безжизненные глаза.

Ной несет меня к выходу, и я мягко покачиваюсь в такт его шагам.

– Позже я позвоню ей узнать, как дела. Пожалуйста, возьми трубку, чтобы я знал, как она себя чувствует, – тихо просит Лэндон. Я хочу узнать, как дела у него самого.