После — долго и счастливо

– Конечно, не так! Вы оба совсем не те, кем притворялись! – кричит он, неистово размахивая руками. – Ты слушала, как я выставлял себя дураком, предлагая тебе женитьбу, усыновление и прочую чепуху, хотя знала – черт возьми, прекрасно знала, – что собираешься уехать? – Он дергает себя за волосы и поворачивает к двери, а я пытаюсь его остановить.

– Пожалуйста, не ходи туда в таком настроении. Останься со мной, и мы поговорим об этом. Нам столько всего нужно обсудить.

– Отстань! Черт, просто отстань от меня! – Он сбрасывает мою руку с плеча, когда я дотрагиваюсь до него.

Хардин дергает за дверную ручку и, судя по звуку, срывает дверь с петель. Я не отстаю от него ни на шаг, надеясь, что он не станет делать именно то, о чем я думаю, именно то, что он всегда делает, когда в его жизни, в нашей жизни происходит что-то плохое.

– Лэндон! – врывается Хардин на кухню. Хорошо, что Карен и Кен, по всей видимости, уже поднялись в спальню.

– Что? – отзывается Лэндон.

Я вхожу вслед за Хардином в столовую: Лэндон и София до сих пор сидят за столом, между ними почти опустевшая тарелка со сладостями.

При виде разъяренного Хардина – зубы стиснуты, кулаки сжаты – Лэндон меняется в лице.

– Что происходит? – спрашивает он, с опаской оглядывая сводного брата, прежде чем посмотреть на меня.

– Не отвлекайся, смотри на меня, – рявкает Хардин."

"От неожиданности София вздрагивает, но быстро берет себя в руки и переводит взгляд на меня. Я стою перед Хардином.

– Хардин, он не сделал ничего плохого. Он мой лучший друг и просто хотел помочь, – говорю я. Мне известно, на что способен Хардин, и, когда я думаю о том, что может случиться, если его ярость направлена на Лэндона, мне становится дурно.

– Не лезь в это, Тесса, – произносит Хардин не оборачиваясь.

– Ты о чем? – спрашивает Лэндон, хотя совершенно ясно, что он знает причину, почему так разозлился Хардин. – Погоди-ка, это ты про Нью-Йорк?

– Черт возьми, да, про Нью-Йорк! – ревет Хардин.

Лэндон встает, и София одаривает Хардина убийственно-предостерегающим взглядом. Именно тогда я решаю, что не против, если соседская дружба между ней и Лэндоном перерастет в нечто большее.

– Я просто хотел сделать лучше Тессе, когда пригласил ее ехать со мной! Ты ее бросил, и она была раздавлена, просто раздавлена. В Нью-Йорке ей будет лучше всего, – спокойно объясняет Лэндон.

– Ты хоть понимаешь, что ты за ублюдок? Прикидывался моим другом, а сам такое устраиваешь? – Хардин снова начинает ходить взад-вперед, на этот раз на маленьком пятачке свободного пространства столовой.

– Я не притворялся! Ты снова облажался, а я пытался ей помочь! – восклицает Лэндон в ответ.