Счастливчик

Все решалось долбаными партийными лидерами. Попросту их купили. Купили Штаты. Тем крайне нужно было организовать провокацию, убрали Гарримана, и теперь США вовсю призывают все мировое сообщество встать плечом к плечу против Союза. Наши-то дебилы и повелись, поверили пиндосам, что те им Сталина уберут, и тогда они смогут власть взять. Трижды ха! Пиндосы никогда никому и ничего не делали просто так. У них всегда свои интересы. Наши обосрались, но вот что меня убило – Сталин молчит. Никакой официальной реакции.

А я никуда не сбегал, нахожусь в Москве и охочусь. Убрал уже двоих из замешанных в этом дерьме наших, есть еще и пиндосы, но тех оставил на сладкое."

"Семью пока не трогают, арестовали только всю мою группу, пока я был на «консультациях» Власика. По-тихому перехватил Петровича, за тем была серьезная слежка, но я их переиграл. С Истоминым говорили минут десять, главное выяснил для себя его позицию. Он, конечно, не верит в то, что я хотел убрать Сталина. Просто знает меня и мои возможности. Если бы я стрелял в Верховного, я бы не промахнулся, да еще так точно, что убил бы американца. В партии созрел заговор. Купленные члены, вот точное для них название, по заказу хозяев нашли козла отпущения, а пиндосы привезли стрелка, и он сделал работу. Стрелка не вывозили. Петрович сообщил, что НКВД перекрыл все доступные каналы отхода. В городе комендачи свирепствуют, словно столица в прифронтовой полосе. Конечно, пиндосы могли стрелка просто лесами вывести, да и просто завалить. Но думаю, что тот не дурак, заховался куда-нибудь и ждет. Ничего, и до него очередь дойдет.

Сейчас я пасу одного толстозадого ушлепка, из МИДа, тот чувствует свой конец, не, не тот, а именно конец. Я уберу его сегодня, ЗиС серьезно бронирован, но я и не буду стрелять через кузов. Этот любитель вкусно пожрать заядлый курильщик и, судя по моим наблюдениям, в машине он курит всегда. Вот на этом я его и возьму. Петрович мне не помощник, жаль, с ним мы бы всю Москву на уши поставили. А так все сам, все сам. Истомин лишь дал мне сведения, их с Судоплатовым задвинули сейчас, но они смогли накопать все, что нужно.

В оконном стекле прорезано отверстие диаметром десять сантиметров. Я лежу на стульях, установленных в свою очередь на стол посреди комнаты одного из домов почти в центре Москвы. Хозяина комнаты сейчас нет, он работает в метро, я выяснил это заранее. Комната очень подходила для моей операции, а когда оказалось, что и жилец-то в ней днями не бывает, то я очень обрадовался. Ага, вон и этот гребаный членовоз тащится. Чуть больше трехсот метров пока, но сейчас он будет поворачивать и повернется ко мне правым боком. ЗиС чиновника должен повернуть на ближайшем ко мне перекрестке налево.

– Курить вредно, – прошептал я, и курок под моим пальцем продавился.