Счастливая земля

Они пошли по ступенькам, сделанным из расчета слабеющих ног Лидии. Наверху старушку согнуло. Ника наклонилась. Кароль не слышал, что она говорит, но сочувствие на лице жены узнал сразу же.

В их комнате на втором этаже Ника сдернула с него брюки и трусы. Наклонила голову. Прошло некоторое время. Он попробовал расстегнуть ей блузку. Она отмахнулась. Открыла грудь потом, когда уже колыхалась на нем, а ее аура стала ослепительной.

4Кароль работал. Маленький столик он поставил в углу гостиной и сидел лицом к двери. На стене остался темный след от спинки кресла. Перед ним стоял и монитор, подключенный к лэптопу, книжка на деревянной подставке, открытые словари, блокнот и листы, распечатанные с обеих сторон. Наушники на голове. Под скамьей и креслами лежали жестяные машинки, которые собирал Ясь. Кароль боялся, что мальчик будет играть этим барахлом до выпускных, которые, скорей всего, не сдаст. Ясь сидел на полу у телевизора, тоже в наушниках. Над его шевелюрой ползал белый огонек. Мальчик игнорировал отца, и Кароль был этому рад – в эти часы важна была только работа.

Кароль менял слова и тащил их волоком, как лодку через песчаный берег. С английского на польский, день за днем из короткой жизни певицы Кеши. Кароль не понимал, почему люди хотят так подробно знать Кешу, и скучал по тем временам, когда переводил настоящие книжки для настоящих читателей. Ника в тот день вернулась пораньше, и он видел ее тень в прихожей: набирала что-то на планшете, казан бурчал на кухоньке.

Он перевернул страницу – последнюю на этот день, – и Ника, словно почувствовав это, появилась из кухни, окруженная свечением цвета неба. Без слов поставила ему чай и взлохматила волосы, словно он все еще был мальчишкой. Он даже не снял наушников. Музыка выла ему прямо в уши.

Он закончил перевод и поискал возможности поиграть с Ясеком, что удавалось ему все хуже и хуже. Когда Ясь родился, Кароль надеялся, что они будут клеить модели и играть в футбол. Этого так никогда и не произошло. Ясь лишь сидел по-турецки и смотрел программы о природе. Потом воплями требовал еды. Кароль вспомнил, что с кухни доносится запах обеда, но тут сверху спустилась тетка Лидка. Огненный султан окаймлял голову старушки, и волосы ее выглядели, как погруженные в кровь. Объявила, что обедать они будут все вместе, вчетвером, как настоящая семья, и если это каким-то чудом удастся, то пойдут потом вдвоем в Галерею Казимеж за мороженым и еще какой-нибудь мелочью. Родители останутся одни, им тоже пожить для себя надо. Объясняла так долго, что Ясь дал себя убедить.

После обеда Лидка и Ника начали шнырять между гостиной, кухней и спальней. Ауры терлись друг о друга, темнели.