Разве я могу быть счастлив без тебя

Замешкавшись, она едва не запнулась, но вовремя восстановила равновесие. Ей не хотелось повторять вчерашнее и опять собирать мясо с пола.

— Шевелись, — прошипела Ингрид, стоя у нее за спиной.

Ева стиснула зубы, а затем пошла к столу.

— Джон, можешь идти. Будь рядом с господином, — Селия резко оборвала разговор и с вызовом посмотрела на подошедшую Еву, — Я не могу чувствовать себя в безопасности, пока кровь Гаррика ошивается поблизости.

Джон посмотрел на Селию, а потом на побледневшую Еву. Он видел, как крепко она удерживает тяжелый поднос, и понял, что она хорошо услышала слова его госпожи. Он конечно не мог осуждать Селию, по сейчас, ему казалось, что она была слишком не справедливо по отношению к этой девочке.

Поднявшись из-за стола, он кивнул Селии. Не ему осуждать ее. Только не ему.

Ева сжалась, едва удержавшись от того, чтобы не отшатнуться в сторону, когда Джон прошел мимо нее. И лишь когда он вышел из зала, смогла сделать хоть одно движение.

Она поставила тарелку перед Селия, и отступила подальше, чтобы как можно меньше чувствовать запах еды. Желудок сводило от голода, а голова кружилась все сильнее. Она понимала, что не сможет так долго продержаться.

— Могу ли я сходить на кухню, и поесть? — прошептала она, дождавшись, когда Селия закончит завтракать. Может быть, хотя бы сейчас, женщина позволит ей отлучиться.

Селия, отложив ложку, посмотрела на нее и усмехнулась.

— Нет. Сделаешь это позже. Сейчас, отправишься со мной за платьем. Ингрид, а ты можешь идти завтракать.

Ева обреченно вздохнула, и последовала за Селией, не обращая внимание на веселый смех Ингрид.

С волнением в сердце, Ева рассматривала платье, лежащее на кровати в комнате у Селии. На первый взгляд оно выглядело очень теплым и красивым, как раз таким, каким и должно быть в пору приближающихся морозов. Она не могла поверить, что в эту зиму ей не придется мерзнуть, ощущая лишь ужасный, пронизывающих до самых костей, холод.

Ева слегка прикусила губу, и задумчиво посмотрела на свой живот. Она понимала, что уже совсем скоро, он станет намного больше и ей конечно же придется поменять и это платье. Будет даже лучше, если оно окажется ей немного великоватым, чтобы она могла носить его как можно дольше. В ином случае, окажется слишком тяжело найти другое платье.

Она даже не хотела вспоминать, сколько времени ей пришлось провести в той комнате, прежде чем она смогла найти хоть что-то более-менее подходящее. Пусть тканей и одежды было много и даже всякой разнообразной, но все уже давно отсырело, превратившись в ни во что негодное тряпье.

Ева невольно поморщилась от этого затхлого запаха, что все еще стоял в носу. От него, она чувствовала, как тошнота сковывает желудок, поднимаясь неприятными спазмами прямо к горлу.