Разве я могу быть счастлив без тебя

Пощечина, обожгла щеку Евы, заставив схватиться за горящее лицо. Сжав зубы, она настолько явно ощутила удар, что теперь ей казалось, будто вся ладонь поварихи отпечаталась на её лице.

Рядом изумленно ахнула Лира, не успевшая сделать ни единого шага, что бы предотвратить случившееся. Переводя испуганный взгляд с Евы, безмолвно держащейся за покрасневшую щеку, на Глэдис, стоявшую с видом победителя, Лира прошипела:

— Вы ответите за это.

Одна из служанок испуганно вскрикнула, отшатнувшись к стене. Никто не сомневался в том, что речь идет об Одине. Все в замке знали о свирепости нового господина, каждый не раз видел, как ревностно он относится к Еве. Что же будет, когда он увидит столь явный след на лице девушке?

Недовольно оглянувшись на насмерть перепуганных служанок, Глэдис сложила руки на дородной груди, показывая, что её не напугать пустыми разговорами.

— А мне всё равно! Пусть все знают! Я не потерплю у себя на кухне грязных подстилок.

Слезы навернулись на глаза Евы. Закусив губу, она задержала дыхание, мысленно умоляя себя не плакать. Наверное, Глэдис права. В глазах всех окружающих, она была именно бесправной вещью их господина. Одина совершенно не волновали её чувства, для него она и правда была только подстилкой, которая была необходимо ему только в постели. Он и сам не единожды говорил ей об этом.

Устало посмотрев на Лиру, Ева мягко высвободила свою руку. Пора приступать к своей работе, ведь именно Один отправил её сюда. И он наверняка знал, с каким отношением ей придётся столкнуться.

— Ева, пошли отсюда — умоляюще прошептала Лира.

Не обращая внимания на девушку, Ева окунула тряпку в ведро. Замерев на мгновение, она уставилась в своё отражение в воде. Даже сильно замутненная, она хорошо отражала покрасневшее лицо. След от руки теперь проступил сильнее, обещая в скором времени превратиться в хороший синяк.

— Ева — взмолилась Лира.

— Пошла отсюда! — прорычала Глэдис, окончательно потеряв терпение. Развернув Лиру к себе, она сильно схватила её за руку, потянув к выходу из кухни. Еще никто и никогда не смел перечить ей, так, как делали это две проклятые девчонки.

— Не трогайте меня — прошипела Лира, отталкивая от себя разъярённую женщину.

Взмахнув рукой, Глэдис была готова влепить привычную пощечину упирающейся девушке. Сама не заметив, как сделала это, Ева в секунду подскочила на ноги, полная решимости предотвратить неизбежное. Нет, она не позволит ударить близкого ей человека. Посмотрев на тряпку в своей руке, она, недолго думая, бросила её в Глэдис, с удовольствием отмечая, как меняется выражение её выражение лица. Грязная вода, потоками стекала с волос поварихи, а сама тряпка оставила красный след, так схожий на пощечину.