Навстречу счастью

Это у нас с тобой старые счеты, ее они не касаются… Хотя… — Филевский задумался: — Ведь именно она когда-то оказалась пиковой точкой борьбы за наше первенство! Да только ни мне, ни тебе она не по зубам оказалась… И пока сама того не захочет — никто ее не возьмет.

«А ведь он прав», — неожиданно согласился Алексей.

— Ну, положим, мне ты отплатил, — заключил он. — И что дальше?

— А ничего: вот сижу перед тобой, в грехах каюсь… А ты говоришь: сын… Две дочки у меня. — Филевский снова потянулся к пачке с сигаретами. — Так и осели в Праге: старшая в школу пошла, в первый класс. — При этих словах он улыбнулся. — Жене магазинчик купил, домик в пригороде. Так и мотаюсь: туда да обратно. Еще годик поработаю и уйду на пенсию: буду стричь газон да детей растить. Устал, сердце пошаливает… А ты уверен, что Тамарин сын не от тебя? — вдруг поинтересовался он.

— Уверен.

— Ну, раз уверен… Тогда совсем непонятно: неужели в то время у нее был кто-то еще? — озадачился Филевский и пояснил: — Сергей ведь в декабре восемьдесят третьего родился, и, если мне не изменяет память, вчера ему исполнилось восемнадцать.

— Как… восемнадцать? — недоверчиво переспросил Алексей и принялся быстро подсчитывать в уме: получалось, что забеременеть Тамара должна была в марте. — Но ведь… Нет, этого не может быть! Откуда ты знаешь, когда он родился?

— В Томкин паспорт как-то заглянул. Спросить все недосуг было, а сама она этой темы никогда не касалась. Может, недоношенный? — со знанием дела предположил Филевский. — У нас Машка тоже недоношенная родилась, полтора килограмма всего. Сейчас и не скажешь — сверстников на голову выше, но тогда намучились мы с ней, еле выходили… Деньги я тебе завтра верну на тот же счет, — снова стал он серьезным. — Могу и моральный ущерб оплатить, скажи сколько.

— Какой ущерб?

— Любой, — без раздумий ответил Саша. — Не хочу я вас с Тамарой лбами сталкивать. Она, конечно, баба сильная, хватка в делах — любой мужик позавидует, но ведь ты сильнее: и в финансах, и в возможностях! Со мной делай все, что хочешь, а ее не трогай. Очень прошу… Я ей гораздо большим обязан. — И, вздохнув, добавил: — Начиная с того вечера, когда нас с тобой после драки чуть из института не поперли. До сих пор не пойму, почему ректор приказ не подписал.

«И за это ты ей тоже обязан», — мысленно добавил Алексей и потянулся к меню.

— Есть хочу, — неожиданно произнес он. Наблюдатели за соседними столиками облегченно вздохнули. — Ты как? Обедал?

— Какое — обедал? Смеешься? — хмыкнул Саша и тоже раскрыл меню. — Кусок в горло не лез, пока к встрече с тобой готовился… Да еще тринадцатое число… А как насчет водочки? Не часто с бывшими однокашниками удается выпить.