Навстречу счастью

— Вернее — на работу, а заодно и к Ирине… Как вспомню те времена… Без одной жить не мог, ко второй будто магнитом тянуло… Когда одиннадцатого сентября дозвонился до Инны, не очень-то поверил, что прилетит: мало ли что в такой ситуации с языка слетит? А она первым рейсом… Увидел ее — речь отняло! И она молчала, только слезы в глазах… Вот так минут пять друг на друга и смотрели.

— Мы с ней тогда весь вечер на телефоне провели: она мне в одну трубку рыдала, на другой продолжала твой номер набирать… А ведь ты первым делом ей позвонил!

— Когда дали телефон, я машинально набрал ее номер… Очнулся в госпитале на каталке, на лице маска, в глазах круги, плечо болит, рядом сумка с компьютером и документами. Из-за того, что я ее на всякий случай к запястью пристегнул, получил вывих. Да ерунда, — махнул он рукой. — Зато все важные документы сохранил!.. Словом, тело ноет, голова гудит, ничего не соображаю… И вдруг издалека слышу Инкин голос: ближе, ближе, совсем рядом… Второй раз со мной такое приключилось: пока в беспамятстве после ножевого ранения лежал, со мной рядом тоже Инна была… Короче, снова открыл глаза — сверху люди, приборы какие-то пищат, капельница, трубки в носу. Попросил телефон… Удивительная штука память: ни в одной цифре не ошибся, а ведь до этого только раз набирал!

— Не оправдывайся, все правильно… Эх, рванул бы кто ко мне через океан!

— Все равно я их заберу! — заявил Артем и, прихватив с пола бутылку, вернулся в кресло.

— А как Юлькина Сорбонна?

— Здесь, что ли, нельзя учиться? Чем МГУ хуже?

— Ничем, — согласился Алексей и снова протянул стакан.

— Третий тост… За любовь? — предложил Артем, и к завыванию ветра в камине да потрескиванию сухого дерева снова добавился звон стекла…

Где-то через час мелодичная трель аппарата «Nokia» заставила их вздрогнуть.

— Да… — схватил трубку Радченко. — Да… Я понял… Возвращайся домой… Ушел, — приложив трубку к губам, сообщил он Кушнерову. — Непонятно как, но ушел…

8"

"…Начало зимы выдалось в Минске непривычно холодным. Стоило Тамаре на несколько дней выйти из безвольного, безынициативного состояния, как снег и морозы вслед за движением на улицах парализовали и все мыслительные процессы. Приезжала по утрам в офис, подписывала бумаги, вела переговоры, но все словно по инерции: жизнь, как и пейзаж за окном, будто сковало льдом.

Об отставке одной из ключевых персон в российском правительстве — соратника Семеновича — она узнала из выпуска новостей и тут же бросилась звонить Кузнецову.