Навстречу счастью

— Вы в порядке? — ничего не объясняя, Владимир по ходу движения заглянул в каждую комнату, щелкнул предохранителем и удивленно произнес: — Ничего не понимаю… Сначала ваш звонок, а пару минут назад встретил в подъезде Лидию Иннокентьевну: еле стояла на ногах, бормотала, что пора заказывать траурную церемонию. Я уж подумал…

— Где она? — побелел Алексей и так же, как Чернов, стал заглядывать в комнаты: Лиды нигде не было, как не было ключей от ее машины и бутылки коньяка на барной стойке.

— Черт! Надо ее остановить! — схватив телефон и куртку, выскочил он за дверь.

Машина жены во дворе отсутствовала. Разыскивать ее по городу — все равно что искать иголку в стоге сена. Тут же связавшись с Дубровым, Радченко приказал поднять на ноги всех сотрудников службы безопасности, а заодно позвонить в ГИБДД и сообщить, что за рулем пьяный водитель. Примерно через час взволнованный голос дежурного по офису передал, что двадцать минут назад Лидия Иннокентьевна выехала на полосу встречного движения Питерской трассы и столкнулась с прицепом автопоезда…

В реанимации она провела почти сутки, но не из-за полученных травм: доза принятого алкоголя могла свалить с ног даже лошадь. После того как срезали крышу автомобиля, первое, что бросилось в глаза спасателям, — зажатая в руке водителя пустая коньячная бутылка… Оставалось лишь гадать, каким образом вдрызг пьяная женщина проехала через весь город, ничего при этом не нарушила, никого не сбила…

Назавтра Радченко с помощью Чернова перевез вещи в практически достроенный загородный дом, резко оборвал амурные отношения с секретаршей и перевел ее в одно из отдаленных подразделений холдинга. «Секретарь должен работать, а не строить глазки! — как отрезал он тогда удивленному Цеховскому и посадил на ее место парня, выпускника Плехановки. — Лучше личный экономист!» — решил он.

Ну а Лиду, после того как та отлежала неделю в токсикологическом отделении, Алексей определил в загородный наркологический диспансер. Выписалась она лишь к концу лета и еще год продолжала лечиться амбулаторно. После диспансера муж с женой ни разу не виделись: его совершенно не интересовала ее жизнь, она тоже не искала встреч. Раз в месяц Цеховский отвозил ей энную сумму денег, и на этом все.

«…Зачем она хочет встретиться? — гадал Алексей. — Нет, не могу… Не сегодня».

— Поехали домой, Володя, — повернулся он к Чернову…

2

В сгущавшихся сумерках Тамара нажала на пульт, и автоматические ворота за ее спиной стали медленно закрываться.