28 сантиметров счастья

Забирает свидетельство, передает его одному из своих головорезов.

— Пошел ты в задницу, — произношу я ошалело. Козел. Самый настоящий. Озабоченный. Отвратительный. По крайней мере понятия о морали у этого животного, похоже, нет.

— Именно туда и схожу сегодня, принцесска.

Вокруг нас образуется толкотня. Все словно звереют — бросаются с микрофонами наперерез, а охрана отталкивает людей назад, образуя коридор. Рустам, не дав мне опомниться после обмена меркими колкостями, подталкивает к выходу. Я оглядываюсь на секунду. Где-то в толпе мелькает яростное лицо отца, и его телохранителей, которые пытаются пробиться к нам. А Мирослав…

Мир идет, немного согнувшись и приложив руку в груди. Вздыхает с трудом. Его ведут следом за нами. Отрезают от нашего отца. Я понимаю, что Рустам действительно не собирается отпускать моего брата.

— Садаев, — шиплю я, — отпусти Мирослава! У него астма. Он задыхается!

— Все нормально, Диан, — слышу я позади тихий голос брата и беспомощно поворачиваюсь в его сторону. Снова. Он из последних сил нагоняет нас, и едва улыбается, — ингалятор в машине. Просто народу слишком много… я из-за этого. За меня не переживай.

Народу много! Господи. Как отец собирается сделать его наследником? Этот вопрос я задаю себе в сотый раз. Брат слишком мягкий. Слишком добрый. Голос у него тихий. И внешность далеко не внушающая страх. Еще и страх перед толпами людей.

— Пиздец мило, — хмыкает внезапно Рустам, — я сейчас расплачусь.

Чертово животное решило вставить свои пять копеек. Я сжимаю зубы и отворачиваюсь. Брату бы качества Садаева. Хоть чуточку. Вот кто зубами выгрызет себе путь к власти. И зальет противников мерзкими комментариями."

"На улице нас с братом разводят по разным машинам. Его сажают в «Гелик». Меня Рустам сажает в свой БМВ. Отец оказывается бессилен против плана Садаева. Он, похоже, так и не смог выбраться из ЗАГСА. Толпа журналистов и вся эта толкотня сыграла отличную службу: Рустам подразнил моего отца, заключив со мной брак, сделав это прилюдно и продемонстрировав, что Мирослав тоже у него в заложниках.

Просто дьявол. Сущий дьявол!

— Я обманывала тебя не намеренно, — произношу я, когда мы отъезжаем от ЗАГСА. Похоже, стоит объясниться сейчас. Пока у меня есть время. Наедине и дома это будет опаснее. Сейчас же Рустам занят тем, что крутит руль, и следит за дорогой, — ты требовал сделать аборт. Я подумала, что ты побоишься навредить мне, если будешь думать, что мой отец очень переживает из-за пропавшей дочери. Вот и всё. А так я сбежала еще в шестнадцать из дома, купив поддельные документы. С тех пор не виделась ни с кем из семьи.

Он молчит. Я сглатываю вязкую слюну и продолжаю:

— Моя мать сделала кучу прерываний, чтобы родился Мирослав. Мальчик.