Бизнес-план счастья

Из ванны она вылезла распаренная и жаркая, натянула банный халат, висевший на дверном крючке, с наслаждением почистила зубы, очистила лицо имеющимся в шкафчике молочком для снятия макияжа, заново накрасилась, поскольку косметичку предусмотрительно всегда носила с собой, покручинилась, что с той же предусмотрительностью не позаботилась о запасных трусиках, обошлась найденными в недрах шкафчика однодневными прокладками, придирчиво осмотрела блузку, которая вполне могла выдержать еще один трудовой день, на волосы навертела тюрбан из полотенца, решив, что позже просто закрутит их в «кучку», особенно не заботясь об укладке, и вывалилась обратно в коридор вместе с облаком пара.

На кухню она вплыла, еще не совсем довольная происходящим, но хотя бы считающая, что жить можно. Ей очень хотелось есть, и она надеялась, что в холодильнике найдется запас продуктов на две большие яичницы и пачка апельсинового сока.

На кухне у окна стоял завернутый в полотенце свежевыбритый Молчанский. Полотенце, серое, довольно большое, было обернуто вокруг его чресел, вверху оставляя открытым внушительный, очень волосатый торс, а внизу – крепкие, тоже обросшие густой растительностью босые ноги. Вера невольно ойкнула.

– Что, хочешь сказать, что я тебя смущаю? – осведомился Молчанский и шумно отхлебнул что-то из большой кружки с красочным Дедом Морозом, которую держал в руках. – Так ты это, будь проще, Ярышева. Я сейчас оденусь, только чай допью. У меня без чаю обморок может случиться. Или у тебя тоже того, обморок сейчас будет?"

"– У меня не будет, – добавив в голос былой язвительности, ответила Вера, повернулась к нему спиной и начала с преувеличенной сосредоточенностью возиться в холодильнике. – У меня не бывает обмороков. Это во-первых. А во-вторых, не льстите себе, Павел Александрович.

Он засмеялся, хорошо, от души, как всегда смеялся тот, прежний, отлично знакомый ей Павел Молчанский. Допил чай, со стуком поставил пустую чашку в раковину.

– Ладно, пойду оденусь, – сообщил он. – Ты приготовь себе что-нибудь, потому что я есть не буду. Мне про еду даже думать страшно. И это, найди мне растворимый аспирин, что ли. Где-то он в доме точно есть, только я никак не могу сообразить где.

Вера кивнула, собравшись ответить, что поесть ему обязательно надо, поскольку иначе у него не будет никаких сил на предстоящий длинный и сложный день, но не успела, потому что по кухне разлился мелодичный звонок домофона. Потом второй и сразу же третий. Кто бы ни стоял сейчас у ворот, терпением он не отличался.

Ворота, которые хозяин дома все время оставлял нараспашку, Вера вчера собственноручно заперла за уехавшим доктором, но открыть их можно было и из дома. Очень предусмотрительно, если не хочешь лишний раз выходить на улицу.