Дорога к счастью (СИ)

— Думаешь, нам стоит заняться воспитанием и обучением нашей посудомоечной губки?

Каджи пожал плечами, показывая, что вообще-то его всё устраивает. Бегающая по дому жёлтенькая мягкая вещь — это очень весело и он, сняв с кухонного крючка дуршлаг, бросился играть в ловлю бабочек. Иржи с сочувствием посмотрел на маму, но не смог удержаться и присоединился к брату. Оказалось, бегать за губкой ради дела и просто ловить её будто она бабочка, совершенно разные вещи! Набегались так, что уснули до ужина и проспали до утра.

Имрус добрался до своего имения глубокой ночью. Перепугав ночующую в доме кухарку, он поднялся наверх и, присев на кровать, чтобы осмыслить последние события, не заметил, как уснул. Утром болели ступни, зажатые в сапогах, ремень неудобно впился в тело и оставил багровый синяк, но всё это было только досадной случайностью, из-за которой он вынужден сидеть и теряя время, разминать онемевшие ноги.

Вчера генерал переговорил с дознавателем, и среди прочего узнал у него, что Барути не подал жалобу за своё избиение. Это означало только одно: он намерен мстить и уже использует имеющийся у него на руках козырь с договором на крови. Прошлое покушение было всего лишь забавой, выражением своей неприязни и попыткой быть на слуху у кормящейся сплетнями аристократии, теперь же всё иначе.

Общество! Незримый руководитель. Имрус ненавидел светское общество, в котором существовали показные дуэли чести, процветали правила наидостойнейшего поведения — и в тоже время вызревали заговоры, творились подлости, оговоры, доносы, вершилась жесточайшая родовая месть.

Пока он проводил время на границе, присоединял новые земли к королевству или отстаивал старые, в нём жила вера в то, что аристократия — оплот короля, причём во всех смыслах. Люди везде разные, разумно полагал он, неся службу рядом с другими лэрами. Есть достойные и не очень, но стоило сблизиться с благородным обществом плотнее, стать от него более зависимым, как иллюзии таяли год от года.

И всё же, несмотря на все недостатки, все лэры были магами и это, несомненно, сила королевства, с которой приходилось считаться даже королю.

Но сейчас Имрус задумался о том, насколько изворотливо будет действовать Барути. Талейта заключила с ним договор, исходя из своих капризов, теша низменные желания поглотителя, но теперь всё изменилось, и договор крови приобрёл совершенно новое значения и смысл.

Генерал не сомневается в том, что убьёт Барути, но надо это сделать максимально в духе общества. Дуэль в данном случае не подойдёт. Договор на крови заключается всегда добровольно, и бесчестно вмешиваться в него. Делать из поглотителя новую жертву на своём счету — крайне неблагоприятный вариант.