Счастье по завещанию. Книга 1

 — Я хочу, чтобы ты уяснил, что я желаю получить Лисси Бьорн и всегда получаю то, что хочу! Понятно? Поэтому не стой у меня на дороге, целее будешь!

Люк обвел взглядом собравшихся.

— Чего встали? — крикнул он. — Это всех касается! Кто подойдет к Милисенте ближе, чем на метр, будет биться со мной в магическом поединке. На первый раз — в учебном! Желающие есть?"

"Нил уже занес ногу, чтобы шагнуть на встречу Шортеру. Пролагаю, что чего-то подобного шатен и ждал от него, судя по хищным и одновременно снисходительным ухмылкам на лицах дружков шатена, но я остановила рыжего, тронув за руку.

— Постой, он же тебя вынуждает и специально ищет повод, чтобы ты повелся на его придирки, — прошептала ему. — Возможно, я тоже причина нападок, но определенно есть что-то еще.

— Есть, — едва слышно ответил Нил. — Я дважды одержал победу в учебном турнире, а Люк оказывался лишь вторым.

Теперь многое прояснилось. Разве мог лорд простить черни свой проигрыш? Это было не в характере зеленоглазого. Поэтому, чтобы хоть немного сгладить конфликт, вздохнув, вышла вперед.

— Не стоит относиться к людям как к вещам и мусору, Люк. Рано или поздно тебе это аукнется, — просто сказала я.

Шортер тут же оказался рядом. Слишком близко. Прямо, как тогда, у ворот.

— Какая ты наивная, Лисси, — прошептал он, и его дыхание пошевелило локоны возле моего уха. — Но мне, пожалуй, это нравится. Даже очень. Такая чистая, неиспорченная, непорочная Лисси…

— Не всем же быть развращенными, пресыщенными, беспринципными хамами, — довольно тихо ответила этому наглецу.

Люк чуть обошел и вдруг обнял, прижав меня спиной к своей груди.

— О, у меня есть принципы, крошка! И ты о них очень скоро узнаешь! Я расскажу и даже покажу тебе их все, Лисси! — горячо зашептал он. — И первый озвучу прямо сейчас: все в этом мире продается и покупается, девочка моя! Запомни это.

Я снова почувствовала его обжигающее дыхание, а потом нечто мерзкое липкое и мокрое дотронулось до раковины уха. Меня едва не передернуло от отвращения. Пресветлые! Язык? Что у него за дурная манера все облизывать?

— Еще раз дотронешься до меня своим противным отростком, и я его отрежу! Клянусь! — прошипела, дернувшись в его стальных навязанных объятьях.

— Ох, детка, сколько же в тебе скрытого темперамента! — почти простонал он. — Как же невыносимо сладко будет тебя приручать. Обещаю, тебе понравится мой… эмм… отросток, когда я буду пробовать тебя им всю!

Щеки опалило жаром, который удушливой волной спустился ниже и прокатился по всему телу, и на этот раз я все же содрогнулась от омерзения и стыда. Представлять пошлые, недопустимые картинки, только что нарисованные грешным ртом Шортера, не желала. Если еще час назад мне было наплевать на шатена, то теперь же он был мне до крайности неприятен.