Счастье вне очереди

Для начала, чтобы было удобнее, я хочу на время убрать свои доспехи. В них жарко и неудобно. Ты не против? Не бойся, там рубашка под ними и лёгкие брюки, — пояснил он.

— Хорошо, — согласилась я.

Свободной рукой Элмер нажал на свою ключицу, и металлические пластины, прикрывающие его тело, схлынули вниз золотой ртутью, всасываясь в подошву ботинок.

— Спасибо, Энжи. Так гораздо лучше, — с блаженством повёл плечами мужчина. Теперь я чувствовала тепло, исходившее от его тела под тончайшей белой рубашкой. И впервые ощутила его запах. Нотки кедра и пряностей.

— Я жду. Рассказывай, — потребовала я. Ещё немного — и Рэй начнёт нервничать, заметив мою пропажу.

— Что ты видишь? — махнул император на окно. Видимо, решил зайти издалека.

— Город, — ответила я.

— Верно. Эльнир. Столица. Крупнейший город на Элтане. Кроме этой планеты, в империи ещё тридцать миров. Это наша цивилизация. И всем этим управляю я. Твой мир — техногенный. А наш — это смесь технологии и магии. Мы пользуемся и тем, и другим. Смотри, — он медленно, чтобы не напугать, отогнул край ворота моего платья. — Эта серебристая полоска — артефакт для очистки тела и одежды.

— Да, мне Рэй это уже объяснил, — сказала я."

"— Одно время мы пользовались нанитами, но артефакты проще и удобнее. Чтобы ты могла общаться с нами, был применён артефакт-переводчик. И так далее. В чём-то мы научились подчинять магические потоки, а в чём-то магия контролирует нас. Особенно это касается императорской власти. Глава Элтанской империи несёт на своих плечах огромный груз. Приходится уравновешивать магические потоки, предотвращать катаклизмы и стихийные бедствия на многих планетах, день за днём. Только тот, кто наделён особым магическим даром, способен на такое, — лицо Элмера помрачнело.

— То есть правителей этого мира выбирает магия? — уточнила я.

— Да. Когда приходит время, рождается особый ребёнок с императорской меткой власти. Она выглядит как золотой бутон розы с тремя лепестками, которые символизируют силу, мудрость и долголетие. Располагается повыше сердца. Если хочешь, я покажу тебе её, но мне придётся задрать рубашку, — предложил император.

— Ладно, давай, — позволила я.

Было любопытно посмотреть, что же там за символ такой. Оказалось, очень даже красивый. Сначала я залипла на кубиках пресса под бархатистой кожей, а потом не могла отвести взгляд от татуировки. Она была не просто золотой, а сияющей! Изящный цветок с тремя лепестками.

— Нравится? — расплылся в улыбке Элмер, довольный моей реакцией.

— Красиво, — искренне признала я.

— Мне сто девяносто девять, ангелочек. Прожито два века, — грустно усмехнулся он. — Через полгода праздную юбилей. Тешу себя мыслью, что выгляжу неплохо для такого возраста. Чувствую себя на тридцать.