Счастье и тайна

Должно же быть логическое объяснение этого жуткого приключения. Всегда существует логическое объяснение, я должна найти его.

Я выбралась из постели и позвонила в колокольчик, чтобы принесли горячей воды. Мери-Джейн принесла ее и поставила в туалетной комнате. Обычно мы с ней дружелюбно разговаривали, но в этот раз я не могла заставить себя сделать это. Мои мысли были поглощены случившимся этой ночью, а обсуждать это с ней мне не хотелось… да и ни с кем больше… пока.

Когда я заканчивала одеваться, в дверь постучали, я крикнула: «Войдите!» — и в комнату вошла Рут.

— Доброе утро, Кэтрин, — поздоровалась она, глядя на меня с тревогой. — Как ты себя чувствуешь сегодня?

— Я немного устала.

— Да, вид у тебя усталый. Была беспокойная ночь.

— К сожалению, и для тебя тоже. Прости, что я наделала столько шума.

— Ничего. Ты ведь так перепугалась. Я рада, что ты меня разбудила… если тебе это хоть как-то помогло.

— Конечно. Мне было необходимо поговорить с кем-то… настоящим."

"— Самое разумное, — это попытаться забыть обо всем. Я представляю, какой неприятный осадок оставляют такие сны. По-моему, надо попросить Деверела Смита дать тебе какого-нибудь снотворного, чтобы ты сегодня ночью хорошенько выспалась. Тебе будет намного лучше, если ты как следует выспишься.

Я больше не собиралась спорить с ней: это было бесполезно. Она вбила себе в голову, что все мои тревоги были результатом ночного кошмара, и ничто не могло поколебать ее уверенности.

— Я очень благодарна, что ты прислала мне завтрак.

Она поморщилась.

— Я видела, как Мери-Джейн выходила с подносом. Ты там ничего и не тронула.

— Я выпила несколько чашек чая.

— Помни, тебе надо быть осторожной, Какие у тебя планы на утро?

— Может быть, немного прогуляться?

— Не ходи очень далеко… Ты только не обижайся, Кэтрин… Но я бы на твоем месте хоть на какое-то время воздержалась от прогулок к монастырю.

Она слегка улыбнулась. Возможно, извиняясь. Я так и не смогла понять, потому что Рут улыбалась одними губами.

Она ушла, и я спустилась вниз, чтобы выйти на улицу. Я чувствовала, что мне надо выбраться из этого дома. Как бы мне хотелось сейчас на простор торфяников! Но я была вынуждена отказаться от верховой езды и значительно сократить свои прогулки.

Когда я спустилась в холл, вошел Люк. Он был в костюме для верховой езды и так поразительно напоминал Габриела, что на какую-то минуту, пока он стоял в тени, мне вдруг показалось, что это Габриел. От изумления я онемела — после всего происшедшего ночью у меня сдавали нервы, и теперь я во всем была готова видеть что-то необычное и странное.

— Привет, — сказал он. — Ну как, еще каких-нибудь домовых не видела?

Он усмехнулся, и его беззаботное равнодушие отозвалось во мне смятением и тревогой.