Счастье с отсрочкой

– Уверен, ее никогда и не существовало. Со слов отца, прадед был крайне недоверчивой и осмотрительной особой.

– Как же мы ее откроем? – ахнула я и еще раз внимательно осмотрела со всех сторон шкатулку. На этот раз мое внимание привлекли глубокие царапины у бронзовых петель. – Кажется, кто-то пытался вскрыть шкатулку. Но у него ничего не вышло.

– Неудивительно, – небрежно повел Дэниар плечом. – Уверен, ни хозяин склада, ни его отец не предполагали, что спустя столько лет за ней кто-нибудь придет. Вот и хотели заглянуть внутрь с целью наживы. Может, просто любопытства ради.

– Как думаешь, что там? – с азартом спросила я и потрясла ларец. Внутри что-то глухо застучало, вместе с ним зачастило и мое сердце. От восторга у меня перехватило дыхание. – Ты слышал?!

Дэниар тепло улыбнулся.

– Слышал-слышал…

Неожиданно лошади замедлили ход. Я положила шкатулку в ридикюль и выглянула в окошко. Экипаж неторопливо взбирался на холмистую возвышенность. Увидев в ста дюймах от края дороги крутой обрыв, я гулко сглотнула, задернула шторку и села ровно. По спине пробежал озноб.

– Что случилось? – взволнованно спросил Дэниар, заметив мое странное поведение.

– Ничего особенного. Просто не люблю смотреть в пропасть, – просипела я и отругала себя за трусость.

– Она закончится, как только мы перекатимся через этот бугор. А там и до дома подать рукой, – произнес он успокаивающим голосом.

Я кивнула и попыталась расслабиться, как резкий звук, похожий на громкий хлопок, взорвал относительную тишину. Экипаж встал, а затем медленно начал наклоняться вправо. Я испуганно посмотрела на хмурого Дэниара.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍– Наверное, что-то с колесом. Сейчас узнаю, – проговорил он и взялся за ручку дверцы, намереваясь выйти. Но затем отчего-то передумал и глянул в окошко. – Адское пламя!

Желая узнать, что вызвало у мужа столь бурную реакцию, последовала его примеру и высунула голову в другое окно. Моим глазам тотчас предстала нелепая картина: лошади находились в десятке дюймов от кареты и порывались продолжить путь, тем временем как возничий стоял посередине, поглядывал то направо, то налево и почесывал пятерней затылок, очевидно, не зная, что теперь делать.

Я гулко сглотнула, чтобы смочить пересохшее от волнения горло, и спросила у Дэниара:

– Что случилось?

– Похоже, постромки порвались, – с мрачным видом отозвался он, не удостоив меня даже взглядом.

Интуиция вмиг закричала, что это не к добру, и унять ее не смогли бы сейчас никакие вразумительные слова.

– Все сразу? – мой голос выдал недоверие и подозрительность.

– Пойду помогу извозчику, – проговорил муж, уклонившись от ответа.