Счастье по принуждению

Сгущающийся сумрак гонит меня следом за ним.

Двор выглядит старым и неухоженным: телега возле забора, веревки с бельём и кованая лавка на небольшом пятачке асфальта. Вокруг него организованы бытовые постройки.

Новый виток громкого лая заставляет меня найти источник глазами. Вольер. Кто внутри — не разобрать.

— Тихо, я сказала, — прикрикивает на животных женщина и гремит ключами.

Демьян начинает недовольно копошиться в люльке."

"— Ааа!! Отдайте! Роза… — из дома по лестнице выкатывается целая орава детей. Человек шесть. Смех, свист, мат, крик — Аааааа!

Демьян начинает вторить им из люльки на своём недовольном.

Все-таки напугали и разбудили.

— Роза… — переходит на ультразвук малышка лет пяти.

Остальные дети при близком рассмотрении оказываются мальчиками разных возрастов. От пяти до десяти.

— Тихо! — Рявкает Роза, — тихо, а то пироги собакам скормлю.

— Нет, нет, — снова начинает шуметь ребятня.

Я беспомощно оглядываюсь по сторонам. Нужно поставить люльку и взять Демьяна на руки. Так кричит, что аж хриплые нотки проскакивают. Делаю шаг к лавке.

— Пойдём в дом, — замечает мои метания Ринат и начинает подниматься по лестнице.

— В синие сели, — летит нам в спины.

Мы проходим вглубь дома по ковровым дорожкам, даже не разуваясь возле порога. Демьян так требует внимания, что полностью сосредоточенная на нем, я не могу оглянуться по сторонам и рассмотреть, куда попала. Ловлю только некоторые детали интерьера, чтобы заполнить дорогу к месту своего обитания. Дом не нов, но, богат немного устаревшей роскошью. Коридор, широкий зал с коврами и большим мягким уголком возле стола. По стенам, как и у Тимура, развешаны трофеи. Шкуры, чучела, оружие… Через арку в другом конце зала снова попадаем в коридор. Справа в нем оказывается кухня, а в тупике виднеется пара дверей.

— Придётся пока пожить здесь, — обьясняет Ринат. — В доме после похорон ещё много людей.

Я киваю, совсем не понимая, почему жить здесь хуже, чем где-то еще. Захожу в спальню за Ринатом, ставлю люльку на кровать и, наконец, достаю Демьяна.

— Я здесь, мой хороший, — шепчу, прижимая его к груди и немного покачиваю, укладывая головкой на сгиб локтя.

Нахожу в кармане люльки бутылочку со смесью и пытаюсь засунуть ее ребёнку в рот.

— Давай покушаем, ну, — прошу с надеждой.

Но Демьян просто кричит. Я уже знаю, что если не поймать момент до истерики, то плакать он будет еще долго.

Мое сердце снова панически разгоняется. Что делать? А если он не успокоится и не поест?

Ринат подходит к окну и распахивает его настежь.

— Пусть проветрится, — комментирует своё действие.

Да, я тоже чувствую некоторый запах затхлости и никотина, но сейчас даже отреагировать на это никак не могу. С кричащим малышом на руках мой мозг, оказывается, начинает страшно тормозить.