Право на счастье

Хоть как-то приструнит. Но женщина только укоризненно вздохнула, махнула рукой и снова перенесла все внимание на Тиссу, рядом с которой сидела. Нежно обняла, прижала к себе и зашептала на ухо что-то утешительно-ласковое.

Летта все жужжала и жужжала, надрывно и противно, как назойливая осенняя муха, и я не выдержала.

— Я тебе уже говорила, что Тисса с самого начала не собиралась становиться наложницей. Помнишь? Она любит жениха и хочет выйти за него замуж. Как только господин понял это, сразу же ее отпустил. Вот и все.

— Зачем вы обманываете? Думаете, совсем ничего не понимаю? — набросилась на меня девчонка. — Да Олеб урод по сравнению с саэром Даниасом! Добровольно от такого господина только сумасшедшая откажется.

Застонала про себя. Бесполезно. Летта просто-напросто влюблена, и ей ничего сейчас не докажешь.

— Можешь мне не верить, твое дело. Но если не прекратишь ныть и говорить сестре гадости, — прибавила металла в голосе, — я пожалуюсь мэтру Вольпену, и тебя накажут.

— Он не станет… — попробовали мне тут же возразить.

— Еще как станет, — прервала строптивую малолетку, стараясь говорить убежденно. — Ты разве не знала, что саэр Теомер Борг поручил магу опекать ее в дороге? Иначе зачем бы он ехал вместе с нами?

Летта покраснела, набычилась, вдохнула, открыла рот и… снова закрыла. Неужели этот простой вопрос до сих пор не приходил ей в голову?

— Оставь Тиссу в покое, — закончила строго, глядя в удивленно распахнутые карие глаза. — Больше я тебе ничего говорить не буду. Надеюсь, сама когда-нибудь поймешь, что далеко не все нары мечтают о контракте с высокородным. Для некоторых простое семейное счастье предпочтительнее сомнительного удовольствия оказаться в постели саэра.

Отвернулась и вздрогнула, наткнувшись на пристальный взгляд Вольпена, — в пылу разговора и не заметила, что маг умудрился подъехать так близко. Я сидела у самого выхода из фургона, полог был откинут, и мужчина, без сомнения, слышал каждое сказанное слово.

— Мэтр? — растянула губы в дежурной улыбке, всем своим видом выражая удивление. — Что-то случилось?

— Лови, — не сказали — выплюнули мне в ответ.

На колени упал мешочек из голубого бархата, украшенный тонкой вышивкой.

— Что это? — моргнула недоуменно, не торопясь развязывать нежданную, а поэтому очень подозрительную вещицу.

— Дар высокородного саэра Теомера Борга будущей наложнице, — издевательски осклабился Вольпен и, поскольку я продолжала сидеть неподвижно, добавил: — Приказано проследить, чтобы открыла в моем присутствии.