Счастье любит тишину

 – Она-то чем?

– Тем, что возвела тебя на пьедестал, тем, что слишком сильно тебя превозносила и хвалилась вашим счастьем всем подряд. Это, разумеется, приятно любому мужику, но такое отношение не должно выноситься на публику.

– Господи, да это такая ерунда, – возмутился в сердцах Костромин. – Ну, расхваливала она меня, ну и что? Не богом же объявляла! Подумаешь, все знали, что у нас хорошая семья.

– Вот и подумали, кому положено наверху, – подхватил его тираду Владимир, – и преподнесли такой жесткий урок. Юр, ничего на свете не случается просто так, за любым событием стоит замысел, по большей части не доступный нашему разумению. Казалось бы: вот вы такие хорошие люди, у вас замечательная семья, любите друг друга, откуда же тогда такая напасть прилетела? А вот прилетела, и причин для нее может быть неисчислимо: не законченные кармические долги, это по одной религии, сокрытая порочность, которую требовалось очистить, это по другой, гордыня и самодовольство, это по третьей, и так можно сколько угодно насчитать. А к ним присовокупить и вариант испытания вас обоих, и толчок к духовному развитию, который назрел, а вы оба тормозите, поскольку вам и так хорошо.

– Да! – потрясенно прокомментировал Костромин и поинтересовался: – И что с этой фигней делать? Что, просто так себе жить нельзя, будешь постоянно огребать, что ли? Для развития и тонуса? Общего.

– Есть одно средство, чтобы не огребать, – усмехнулся Владимир, – соблюдать заповеди, в каждой религии свои, можно вообще быть атеистом и ни во что не верить, главное – стараться жить в духовной и нравственной чистоте, помнить о душе и заниматься ее нуждами, стремиться к саморазвитию.

– Очень просто, – поддакнул Костромин и поинтересовался: – Слушай, Вовк, ты же вроде буддист или индуист, а говоришь о постулатах христианских.

– Открою тебе тайну, – усмехнулся тот. – У каждого народа своя вера, свои заповеди и каноны житейского и бытового поведения, заложенные в их религиях и верованиях: от жесткого стращающего католицизма до вуду и верований пигмеев типа: природа – все и мы ей молимся. Так вот, молитвы все работают. Без исключения. И молитвы, и заповеди. И, кстати, я не придерживаюсь строго одного верования, до сих пор являюсь крещенным в православии, но и буддизм принял, и еще кое-что. – И он снова стал серьезным. – Хватит нам тут с тобой теософские споры разводить. Юр, у тебя на самом деле очень сложная проблема, и решать ее требуется срочно. Никакие врачи-больницы-таблетки-процедуры не помогут, а только навредят.

– И что тогда делать? – по-деловому сосредоточенно поинтересовался Костромин.

– Первым делом в природу тебя бы эвакуировать надо, – как бы размышляя, отвечал Владимир.