Краденое счастье

Словом, делаем много разных вещей, от которых освобожден обычный человек. Но большинство ничего этого не видит, и когда с пафосным закатыванием глаз восклицает: «Врач – особая профессия», совершенно искренне считает, что главная особенность нашей профессии – работать бесплатно. Почему понятие о святом врачебном долге и служении трансформировалось в головах обывателей в «вы обязаны нам помощь оказать!»?

Народ видит в медиках обслуживающий персонал, а не подвижников, и действительно, подвижников становится все меньше. Наверное, когда уйдет Колдунов, канет в прошлое целая плеяда ответственных, самоотверженных и талантливых докторов, видевших свое призвание в том, чтобы помогать людям.

Огромная утрата, восполнить которую будет невозможно.

Даже он, лучший ученик Яна Александровича, стремившийся перенять не только знания и опыт, но и душевное благородство наставника, уже размолот между жерновами бюрократизма власти и потребительства населения.

Руслан вздохнул и без слов чокнулся с Колдуновым. Тот выпил и стал черенком чайной ложки изображать на салфетке схему сегодняшней операции:

– А если бы я тут прошел, как думаешь? Может быть, надо было взять на турникеты?

– Успокойся, ради бога! Ты же был в здравом уме во время операции?

Колдунов кивнул.

– Значит, если бы существовало решение, ты бы его нашел.

Ян Александрович заказал еще по сто грамм коньяка и вдруг сказал, что Ингу, конечно же, убил Михайловский, но раз Руслан пытается ловить какие-то призрачные шансы для его оправдания, то должен понимать, как трудно смириться с тем, что ничего не можешь сделать.

– Но иногда это единственный способ жить дальше, – вздохнул Руслан.

* * *Услышав, как он открывает дверь, мама вышла в прихожую.

– Добрый вечер, Руслан, – сказала она строго, – твоя жена уже спит, поэтому не шуми.

Он вдруг подумал, что хватит тянуть с протезированием. Неважно, что он приноровился к костылям, но вид его усеченного тела всякий раз действует на мать, как нож в сердце.

– Ты выпил? – Анна Спиридоновна с неудовольствием отпрянула, когда он попытался поцеловать ее. – Что ж, пойдем, я покормлю тебя ужином, чтобы завтра не болела голова. Но, прошу тебя, будь поосторожнее с алкоголем! Особенно теперь…

Руслану стало стыдно:

– Мама, мы с Колдуновым просто посидели, после операции стресс снять.

– Видно, придется мне позвонить старому гаду и предупредить, чтобы не смел тебя спаивать!

– Ты еще его родителям позвони, – фыркнул Руслан, ощущая себя трудным подростком, – серьезно, мам, не волнуйся обо мне. Я никогда не допивался до состояния «Але, «Скорая»! приезжайте, тут мужчине плохо!» и не собираюсь делать этого впредь. Но если тебя беспокоит моя дружба с бутылкой, я готов перейти на полнейшую трезвость.