Счастье и тайна

Это был уже не тот Джемми, которого я знала четыре года назад, но выглядел он молодо, хотя морщин у него заметно прибавилось. Совсем неожиданно обнаружилось, что тот, кого, казалось, я знала очень хорошо, оказался совсем не таким, каким я его себе представляла.

Джемми присвистнул, увидев размеры моего дорожного сундука. Потом ухмыльнулся.

— Боже мой, мисс Кэти! — сказал он. — Похоже, что вы стали настоящей важной молодой леди.

Его обращение еще раз напомнило о прошлом. В Дижоне ко мне обращались как к Кэтрин или мадемуазель Кордер. Мисс Кэти как будто относилось не ко мне.

Он изумленно осмотрел мое бархатное дорожное пальто зеленого бутылочного цвета с пышными, сужающимися книзу рукавами и надвинутую на глаза соломенную шляпку, украшенную венком из маргариток. Его явно поразил мой внешний вид: в нашей деревне не часто увидишь такую модную одежду.

— Как отец? — спросила я. — Я ждала, что он приедет встретить меня. — Джемми выпятил нижнюю губу и покачал головой.

— У него подагра, — сказал он. — Он не выносит тряски. Кроме того…

— Что кроме того? — резко спросила я.

— Ну, — Джемми колебался. — У него только что был один из его обычных приступов дурного настроения.

Я ощутила небольшой прилив страха, вспомнив эти приступы, которые были привычными в прежние дни: «Успокойтесь, мисс Кэти, у вашего отца приступ дурного настроения…» Они обрушивались на дом, эти приступы, с определенной регулярностью, и когда они начинались, то все мы ходили по дому на цыпочках и разговаривали шепотом; а отец внезапно исчезал куда-то, и когда он вновь появлялся, то был бледнее, чем обычно, с синяками под глазами. Он, казалось, не слышал, когда к нему обращались; и тогда я боялась его. Пока меня не было дома, я умудрилась совсем забыть об этих приступах.

Я быстро спросила:

— А дядя дома?

Джемми покачал головой.

Прошло уж больше полугода с тех пор, как он уехал. Может пройти еще полтора года, пока мы дождемся его. Кто знает?

Я кивнула. Дядя Дик был капитаном дальнего плавания. Он как раз писал мне, что отправляется куда-то на другой конец света, где пробудет несколько месяцев.

Мне стало грустно. Было бы совсем другое дело, если бы встречал меня дома он."

"Мы ехали рысцой по дорогам, которые будили воспоминания. Я думала о доме, где жила до тех пор, пока дядя Дик не решил, что мне пора ехать учиться. Я даже отца наделяла чертами характера дяди Дика. Теперь, когда все предстало передо мной в истинном свете, я поняла, что тот дом, о котором я рассказывала своим подругам, был моей мечтой, а не реальностью.

Но хватит мечтать. Надо повернуться лицом к действительности.

— Что-то вы притихли, мисс Кэти, — сказал Джемми.

Он был прав. У меня не было настроения разговаривать. Вопросы так и вертелись на языке, но задавать их не было смысла.