Счастье и тайна

— Быстренько оглядись, — велела я. — А потом мы постараемся найти вход со стороны монастыря.

Ответа не было. Я глянула вниз. Она медленно спускалась по лестнице. Я крикнула, чтобы она была осторожнее.

— Все нормально, — заверила она меня. — Со мной все в порядке, мадам.

До меня вновь донесся ее голос. Она спускалась все ниже.

— Вдали я вижу свет. Наверно, там выход. Я сейчас быстренько посмотрю.

Сердце у меня бешено колотилось. Как мне хотелось быть внизу вместе с ней. Но я боялась поскользнуться на каменных ступенях. Я оглянулась назад. Мне никак не удавалось избавиться от ощущения, что кто-то наблюдает за нами. Но никого не было. В доме не было слышно ни звука.

Вдруг Мери-Джейн крикнула снизу:

— Мадам, я кое-что тут нашла!

— Я тебя не вижу! — крикнула я в ответ. — Где ты там?

Ее голос доносился уже издалека.

— Свеча уже догорает, мадам.

— Возвращайся скорее, Мери-Джейн. Принеси сюда то, что ты там нашла, если сможешь донести.

— Но, мадам…

— Возвращайся! — приказала я.

Потом я опять увидела мерцающий свет ее свечи и с облегчением вздохнула.

И вот Мери-Джейн появилась на ступеньках. В одной руке у нее была свеча, и еще она что-то держала под мышкой. Она передала мне сверток, и я сразу поняла, что это монашеская ряса. Я забрала у нее свечу, а через мгновение Мери-Джейн в целости и сохранности выбралась из люка и оказалась рядом со мной на галерее.

— Я так волновалась, когда тебя не стало видно! — я наконец-то перевела дух.

— Я и сама-то там внизу перепугалась, мадам. Прямо затряслась от страха.

— Мери-Джейн, да ты совсем замерзла!

— Там внизу очень холодно, мадам. Зато я нашла эту рясу.

— Пойдем в мою комнату. Я не хочу, чтобы кто-нибудь застал нас здесь.

Мы положили доску на место и постарались сделать так, чтобы не было заметно, что ее кто-то трогал. После этого, захватив с собой рясу, мы направились в мою комнату.

Когда мы пришли, Мери-Джейн закуталась в рясу, и я вздрогнула от страха.

— Сними ее, — сказала я. — Мы должны сохранить ее. Если кто-нибудь еще посмеет сказать, что у меня видения, потому что я не в своем уме, мы теперь сможем доказать, что это были совсем не видения.

— Может быть, надо кому-нибудь рассказать об этом? И показать эту рясу?

Еще днем раньше я бы сказала: «Да. Мы расскажем об этом мистеру Редверзу», но, увы, теперь это было невозможно. Я больше не доверяла Саймону, а если я не могла доверять ему, значит, я больше не верила никому.

— Нет, мы пока никому не скажем об этом, Мери-Джейн, — вздохнула я. — У нас теперь есть доказательство. Я спрячу ее в шкаф и буду запирать дверь, чтобы никто не смог украсть ее.

— А что потом, мадам?

Я посмотрела на часы под камином и увидела, что уже семь утра.

— Если ты еще задержишься у меня, тебя могут хватиться. Я сейчас лягу.