Место, где живёт счастье

Кристиан предположил, что за последние двое суток слух мальчика восстановился настолько, что можно попробовать дать ему послушать музыку. Хотя бы в качестве эксперимента.

Его зрение тоже улучшалось едва ли не с каждым часом. Арти уже мог отличить фигуру Кристиана, стоявшего в нескольких футах от него, от окружающего пространства, и у них появилась новая игра – Кристиан немного отходил, а Арти находил его взглядом и целенаправленно бежал в распахнутые объятия. Кристиан ловил его, кружил, подбрасывал, а малыш широко улыбался – смеяться он пока просто не умел.

После совместного обеда, Трэвис унёс Эмму домой, а мы уложили Арти на тихий час – набегавшийся мальчик заснул моментально. И вот тогда Кристиан усадил меня к себе на колени, обнял, прижался щекой к моей макушке и сказал.

– А теперь расскажи, что тебя тревожит? Я же вижу, что ты сегодня весь день какая-то грустная.

– Я не беременна, – вздохнула я в ответ.

– Да. Пока да, – согласился Кристиан.

– И ты, похоже, не удивлён. А ведь мы не предохранялись… И я себе уже намечтала маленького сыночка с твоими глазами.

– Лучше дочку, и с твоими, они намного красивее, – улыбнулся Кристиан, потом посерьёзнел – Только будет это ещё не скоро, увы.

– Я ещё чего-то не знаю, да?

– Да. Прости, как-то к слову не пришлось.

– Объясни теперь.

– Постараюсь. Ты заметила, что не так уж и много у нас в Долине детей? При том, что вся семья их просто обожает. Но так уж вышло, что природа, дав нам бессмертие, дала и некоторое ограничение, чтобы предотвратить перенаселение.

– И какое же это ограничение?"

"– Разное. Постараюсь тебя не запутать. Гаргульи, например, могут детей иметь только с половинкой и никак иначе. Потому и ищут её так долго, потому и счастливы, отыскав, даже если она ещё малышка, и долгие годы, а то и десятилетия, нужно ждать, пока она вырастет. Это уже не важно, они столетиями ищут, Фрэнк нашу Ники вообще почти тысячу лет искал, что им какие-то десятилетия? Но, найдя свою половинку, они, теоретически, могут иметь от неё хоть пятьдесят детей, если того пожелают.

– Это невозможно! – рассмеялась я.

– Учитывая, что принимающие «лекарство» жёны долго не стареют и идеально здоровы – теоретически вполне возможно. Но на деле в таких семьях в среднем по три ребёнка, максимально – пять. Иметь возможность – не значит ею обязательно пользоваться, вопреки здравому смыслу. Хотя и такие встречаются, к счастью, редко.

– Ты сейчас о ком?

– О папаше своём, будь он неладен. Потом и о нём расскажу подробнее. А сейчас мы перейдём от гаргулий к нам, оборотням. Понимаешь, мы до обращения бесплодны вообще, а вот после него можем завести лишь одного ребёнка, раз в тридцать лет. Зато с любой женщиной.

Я помолчала, обдумывая услышанное.