Место, где живёт счастье

Заметив, что Эмма доела рагу, я дала ей молоко с домашним печеньем, испечённым кем-то из обитательниц Долины. Судя по всему, цельное молоко показалось ей странным, но в итоге понравилось, как и нам с Арти. Блюда, поставленные мною перед Трэвисом, стояли нетронутыми, он не обращал на еду внимания, не сводя взгляда с девочки.

– Видимо, ты сумел найти к ним подход, – хмыкнул Дэн.

– Я же сказал, что сломал кое-что, – чуть смущённо пожал плечами Трэвис. – В том числе и несколько пальцев. Знаешь, это очень здорово языки развязывает. Они там такого понарассказали – на несколько пожизненных хватит. И кучу боссов и подельников сдали, врачи же только исполнителями были. Я всё это переслал на сайты главного полицейского управления и отделения ФБР Атланты, а так же на несколько телеканалов, и в интернет выложил. Шум до небес поднимется.

– Не особо осторожно, но будь я на твоём месте – так же сделал бы, – кивнул Дэн, признавая право правнука на подобные действия. – А что в отношении Эммы? Почему похитили именно её?

– Чтобы забрать у неё печень и пересадить сестре. Оказывается, Эми – одна из идентичных близнецов. Только сестра её родилась нормальной, а она… такой вот, особенной. Родители сразу же отказались от неё и забыли, им было достаточно другой дочери, полноценной. И когда, не так давно, у той девочки была выявлена тяжёлая печёночная недостаточность, требующая пересадки, родители вспомнили о дочери, от которой отказались. И, предав один раз, решили сделать это снова. Идентичные близнецы – идеальные доноры друг для друга, а организация похищения обошлась им даже дешевле, чем покупка донорской печени на чёрном рынке."

"– Господи, ну как? Как было возможно так поступить? – до меня не доходило, просто в голове не укладывалось. – Это же тоже их дочь, их кровинка! Они же понимали, что она умрёт. Как можно спасать жизнь одного своего ребёнка, убивая другого?

– Они не относились к ней, как к своему ребёнку, – вздохнул Трэвис. – Она была для них лишь... не знаю, с чем сравнить, набор запчастей, что ли. Не человек. Не ребёнок. Нечто, не заслуживающее жизни. Знаешь, что сказала её так называемая мать? Цитирую дословно: «Пусть хоть какая-то польза будет от этого уродца, зря, что ли, я её почти девять месяцев вынашивала».

– Бывают и такие люди, Джинни, – вздохнул Кристиан, видя, как я просто задохнулась от возмущения.

– А знаете, что в этой истории самое отвратительное? – спросил Трэвис.

– То есть, это было ещё не самое? – удивилась я.

– Не самое. Отец Эми тоже был подходящим донором для дочери, не таким идеальным, но всё же вполне подходящим. Только, в отличие от неё, он мог бы отдать часть своей печени, оставшись при этом в живых.