Галкино счастье

— И кто такая эта мадам Шанаи? — нейтрально спросила Галя, ровно складывая отрез ткани, который вскоре должен был стать наволочкой.

— Она была управляющей в работном доме на окраине, — ответила Лёка, мельком взглянув на Галину. — Ее убили несколько лет назад.

Галя затаила дыхание. Неужели Лёка почувствовал себя достаточно свободной, чтобы впустить кого-то в свое прошлое?

— Работный дом? Не знала, что такие заведения бывают, — произнесла Галина Николаевна отстраненно.

— Ага, бывают. Туда сводили всех, кто остался без родителей. Его величество пытался таким образом позаботиться о бездомных детях, — в голосе Лёки слышалась горечь.

— Пытался?

— Ничего не получилось. Кому нужны чужие дети? — Лёка фыркнула.

— И сколько раз король… пытался?

— Один раз, — вздохнула Лёка."

"Галя удивилась, что правитель так быстро сдался. Видимо, ему на самом деле было невыгодно поднимать бездомных детей, но требовалось сделать вид, что он вроде как что-то предпринимает. Либо виноват не король. Всё-таки на правителей тоже давят. А иногда тот, кто сидит на самом верху, всего лишь кукла, которой управляют другие.

— Все было так плохо? — мягко спросила Галина. Она вполне могла представить, что там происходило, но решила, раз девочка начала этот разговор, значит, ей нужно с кем-нибудь поделиться.

— Поначалу было нормально, — Лёка пожала плечами и опустила шитье на колени. — Нам даже нравилось чем-то заниматься. Девочки обычно вышивали или шили. Мальчики рубили дрова за деньги, таскали воду. В общем, делали что-то тяжелое. Это было даже весело. Старшие присматривали за нами. Мы за теми, кто младше. Несколько самых взрослых девочек сидели с младенцами, — казалось, Лёка находилась мыслями где-то далеко.

— А потом? — подтолкнула Галя, стараясь говорить тихо и мягко.

— А потом мадам Шанаи поняла, что мы можем принести доход, — девочка скривилась. — Она и раньше была холодной, но старалась ни с кем из нас не соприкасаться. Вечно сидела в своем кабинете. Мы думали, она строгая, а она… — Лёка сглотнула и нахмурилась, — просто ненавидела нас. Постепенно количество работы стало увеличиваться. В конце концов мадам Шанаи продавала наше время всем, кто хотел купить. Все, кто способен был хоть что-то делать, работали. Мне еще повезло, — девочка пожала плечами. — Я была совсем маленькой. А старших она заставляла работать в борделе.

Сказав это, ребенок содрогнулся и закусил губу.

— Я помню, как каждый день меня заставляли тереть, мыть, убирать. Все мое время было занято уборкой. Мадам Шанаи сказала… Она сказала, что мы бесполезный мусор, недочеловеки, которые должны стараться принести хоть какую-то пользу. Ко всем, кому исполнялось больше десяти, она относилась капельку лучше, ведь они приносили больше всего денег.