Счастье для ведьмы

Эта ассоциация со ртом была столь удачной, что я даже протянула руку, чтобы коснуться книжных «губ», но наставница легонько шлепнула меня по пальцам.

– Знакомься, это гримуар рода Древесных. Его начали писать еще на заре времен, когда появлялись первые ведьмы. У каждого ведьминского рода существует свой, уникальный. Именно гримуары – хранители знаний рода, отражение силы и главный помощник ведьм.

– О-о-о, – восторженно протянула я, разглядывая занятную книгу.

– После передачи силы он будет твоим наставником, поделится знанием, откроет тайны рода. Но как любой хороший учитель, заставит потрудиться, чтобы добыть полезные сведения. Поэтому наследие рода будет открываться тебе постепенно, по мере необходимости или для выживания. Для защиты. Но прежде чем обратиться к гримуару, ты должна уже сейчас поделиться с ним своими знаниями. Отдать что-то полезное, новое, неизвестное ему ранее. То, что может пригодиться будущим поколениям ведьм рода Древесных. И чем больше нового ты вложишь в гримуар, тем больше важного и полезного получишь в ответ. Таким образом и происходит обучение и обретение знаний.

– Любопытный обмен, – уже без восторга отметила я. – Но чему может обучить древнейший артефакт попаданка из другого мира?

– Подумай, у тебя вся жизнь впереди, – пожала мое плечо Измира и открыла гримуар посередине.

Перелистнув исписанную страничку, она с любовью и благоговением провела пальцами по чистым, без единой буквы, листам.

– Подожди, я сейчас вернусь, – сказала, о чем-то вспомнив, наставница и вновь ушла в соседнюю комнату.

Я хмуро глядела на ведьминский аналог библиотеки и архива и прикидывала, чем бы таким интересным с ним поделиться, с учетом того, что он создан «на заре времен». Бьо подмигнул мне глазом-бусинкой и улетел за хозяйкой, а я решилась на авантюру или, откровеннее сказать, на глупую хитрость. Взяла карандаш и на желтоватом гладком листе вывела: «Самое надежное приворотное зелье – это борщ!»

Я успела выпрямиться и ухмыльнуться, довольная собой, когда тяжеленный фолиант с грохотом и весьма зловеще захлопнулся. Послышался весьма характерный звук вырываемой страницы, потом громкое смачное жевание, а дальше тот самый «рот» на обложке, к моей полнейшей неожиданности, плюнул комком из жеваной страницы мне прямо в глаз."

"Ойкнув от боли и прикрыв правый глаз, левым я вытаращилась на гримуар, губы которого сложились в презрительно-возмущенную гримасу. Всем своим видом этот древний талмуд демонстрировал свое отношение к моим «ценным» знаниям.

Вернулась владелица гримуара и сначала недоуменно воззрилась на меня, а потом, заметив комок бумаги на полу, подняла и, развернув, прочла.