Счастье для ведьмы

И это лишь первый этап проверки силы зверя? Ведь, если будет ничья, в ход пойдет еще и магия!

В голове билась истеричная мысль: как же так? Что же делать? Изумруд и Красный заявили меня как свою истаю, для них отступиться – это не только позор, это сознательное отречение от возможности завести семью и детей, потерять статус, в одночасье рухнуть в иерархии. Без потомства ты лишь временное явление, ничто!

Но что я могу? Этот вопрос буквально вскрывал мою черепную коробку ржавым лезвием, резал по живому, вызывая крупную дрожь и слезы. Волнение, ехидство, паника – как же все это мелко и несущественно, когда умирает душа, когда ты остановившимся взглядом смотришь на жуткую бойню, на песок, пропитавшийся кровью, на Изумруда, с трудом запихавшего внутренности обратно и все равно пытавшегося подняться, чтобы продолжить бой.

Разве эти сильные, красивые, мужественные горгулы не заслуживают любви? Счастья?.. Счастье…

«Счастье!» – взревела память, буквально выталкивая на первый план самое очевидное и простое решение.

– Стойте! – заорала я, подскакивая.

– Не смей вмешиваться! – рыкнул Анарек, заступая мне дорогу.

– Я не могу допустить их смерти. Любого из них! – сквозь слезы выдохнула я.

– Тогда тебе придется объявить всех четверых победителями, общую ничью. И принять мужьями! – безапелляционно заявил Анарек.

– Иначе нельзя, Еля, это несмываемый позор для любого из них. Они знали, на что шли, – тихонько поддакнула правителю Юдая.

– Верь в Эрна, он справится, – вмешался Дэйр, положив на мое плечо ладонь и сжав ее, пытаясь усадить обратно на лавку.

– Да я нисколечко не сомневаюсь, что Эрн победит, но хочу предложить им выход из ситуации. Если они примут его, то сегодня никто не умрет! – в отчаянии, жарко зашептала я. – Прошу вас, Великий, остановите бойню хотя бы ненадолго. Я сообщу вам очень важные сведения, а потом вы решите, стоит ли продолжать кровопролитие…"

"Под гулкий возмущенный ропот бой остановили: Анарек обернулся зверем и трубно проревел, задрав голову в небо. Окровавленные, с драной в лохмотья шкурой, тяжело дыша, соперники замерли, глядя из-под насупленных надбровных дух на повелителя. Закон силы в действии: если самый сильный приказал – остальные стоят и боятся!

Только Эрн с трудом сдерживал ярость и жажду покончить с противниками, выдрав им глотки и похоронив даже намек на то, что кто-то посягнет на его женщину.

Вскоре, сменив ипостась, четверо залитых кровью бойцов замерли вокруг меня вместе с Анареком, Шером и Дейром. Чтобы нас не подслушали, я потребовала у гримуара заклятье тишины в обмен на кувшин древесного клея. Потом под внимательными взглядами мужчин, обняв мокрого от крови и пота мужа за талию, поделилась своей идеей.