Сценарии судьбы Тонечки Морозовой

Тут Тонечка покосилась на Сашу и быстро спросила:

– Ты же не брала камею?

Саша вытаращила глаза:

– Нет, конечно. С чего ты решила?!

– Я тебе потом скажу.

– Нет, скажи сейчас же! Ты что, меня в воровстве обвиняешь? Или в убийстве?!

– Я скажу потом, – упрямо продолжала Тонечка. – Сейчас про старую княгиню. Она лежала на диване, а человек шарил по ее дому. На книгу он внимания не обратил, должно быть, искал нечто более понятное – деньги, кольца, серьги!..

– Хорошо, – невольно втягиваясь в Тонечкину историю и позабыв о том, что ее обвиняют в ужасном, согласилась Саша. – Допустим. Получается, книгу достала она сама? Зачем?

– Может, она то и дело ее доставала! Ей нравилось на нее смотреть и вспоминать, как из-за этой книги она ссорилась с мужем на террасе своего палаццо! Федор вон прямо посветлел, когда книгу увидел.

– Ты тоже заметила?

– Ну, конечно! А может быть, человек нашел тайник, тем более он просто открывается, взял книгу, понял, что это ерунда, а никакое не сокровище – подумаешь, старинная книжка! – и оставил ее на этажерке. И ушел. А старая княгиня не умерла. Она еще долго не умирала! Больше того, ухитрилась выбраться из дому и пойти за помощью!.. Она ведь только на твоем участке умерла…

– Ужас, – выговорила Саша, и губы у нее дрогнули. – Какой ужас! Как жалко бабку, невозможно.

– Но с чего злоумышленник решил, что у нее в доме есть чем поживиться? Она прожила в Дождеве тридцать лет, тут никто не запирает замков! Вот ты дверь заперла, когда уходила?

Саша немного подумала:

– Пожалуй, да. А может, и нет.

– Вот именно! – воскликнула Тонечка с энтузиазмом. – А ты самый организованный человек на свете, после моего мужа, конечно! Ты раб лампы, только в руках у тебя не волшебная палочка, а ежедневник!

Саша обозлилась."

"– Во-первых, я никакой не раб. Во-вторых, у джинна не было волшебной палочки. В-третьих, что ты себе позволяешь, в самом деле? То какие-то идиотские подозрения, то оскорбления!

Тонечка замахала на нее руками:

– Что ты, что ты! Никаких оскорблений! Ты меня извини, я когда увлекаюсь, говорю невесть что!

Саша сердито помолчала, а потом сказала:

– Извинения приняты.

– Тридцать лет старая княгиня никого не интересовала. И вдруг заинтересовала, да еще до такой степени, что ее убили! Кто и что про нее мог узнать?

Саша заглянула в духовку, где запекалась картошка.

И вдруг гадкая до невозможности мысль пришла ей в голову. Настолько гадкая, что она сморщилась, словно глотнула этой гадости.

– Тоня, – начала она и опять поморщилась, – Тонь, а вдруг это любящий племянник, а?..

– Что?

– Убил тетю, что!.. Он же знал о книге! И о том, где она лежит.