Сценарии судьбы Тонечки Морозовой

 – Иногда трудно разобраться! Покупательница сказала, что взрослой дочери хочет подарок сделать, а про ребенка ни слова! Конечно, они не для детей, собаки эти! Детям нужно лабрадора брать…

Она опять погладила собаку. Та внимательно следила за Тонечкой.

– Придется нам с тобой новый дом искать, – сказала Галина Сергеевна. – Ну, ничего, хорошо, что без потерь вернули. Запуганная, конечно, но очухается! Они такие умные.

– Можно мне ее подержать?

Галина Сергеевна посмотрела на Тонечку и отказала вежливо, но твердо.

– Зачем собаке лишние надежды? Вы же ее не возьмете! А она и так понимает, что от нее отказались. Вот уже неделя, как вернули, и все время в плохом настроении, не отходит от меня. Мы лучше поедем, нам в Автозавод, далеко.

– Завтра увидимся, – быстро сказала Тонечка. – Вы же приедете!..

Галина Сергеевна рассеянно кивнула.

– Как это я не разобралась сразу! – сама себе сказала она. – Чуть не погубила собаку-то!..

– Тонечка, – окликнул Герман негромко.

Ему было совершенно ясно, что через пять минут его жена вернется к столику с этой самой собакой!..

Она подошла, вид немного рассерженный.

– Саш, ну что такое? Я просто разговариваю!

– Если ты хочешь ехать к Кондрату, поедем.

– Нет, но это же совершенно замечательная маленькая собака!

– Это организм, а не собака! Зачем она тебе?

– Мы с ней вместе будем сценарии писать. И она станет со мной спать."

"– Я уже сплю с тобой, – сообщил Герман, – место занято.

– Ну, Саша!

– Ну что – Саша?! И у нас же Черри!

Черри – веселая рыжая колли – на самом деле принадлежала тестю-генералу, но от души жила на два дома, и у тестя, и у Тонечки с мужем.

– Черри не моя собака, – заныла Тонечка. – А я хочу свою!.. Она будет сидеть у меня на руках, когда я пишу.

– А когда ты на совещании, она где будет сидеть?.. В сортире, как у той дуры?..

Тонечка, открывшая было рот, чтоб продолжать ныть, осеклась и задумалась, но только на секунду.

– А я буду брать ее и на совещания тоже! – И она подцепила мужа под руку. – Ее никто-никто не заметит, она станет тихо-тихо сидеть у меня под свитером, а я буду много-много и быстро-быстро работать!..

Герман промолчал.

«Много-много» и «быстро-быстро» работать – это совсем другой разговор, из другой, деловой и торопливой московской жизни.

Тонечка писала сценарии, и делала это хорошо, но, с точки зрения ее делового и расторопного мужа, медленно. Ему нужно было быстрее, как можно быстрее!.. Его воля, он заставил бы ее писать все сценарии для его продюсерской компании.