Сценарии судьбы Тонечки Морозовой

Я и Буське часто говорю – беги в камыши, поймай нам к ужину уточку. Только она не бежит. А раз ты поймала, можно сегодня же и приготовить, тем более к ней все есть – и капуста, и яблоки. Как ты думаешь?..

Саша встала, подошла к окну и сосредоточенно понюхала герань. Тонечка удивилась:

– Если не хочешь, не будем готовить, – начала было вновь тараторить она, но Саша ее перебила:

– Я, наверное, съезжу к Федору. В «Капитанскую бухту».

Тонечка моргнула.

– Ты думаешь, он там?

– Не знаю. Но я решила… попробовать.

– Ага, – сказала Тонечка. – Понятно. Все понятно.

И они замолчали."

"– Передавай ему привет, – наконец сказала Тонечка. – И спроси, заплатил ли он дяде Арсену за работу. И еще спроси, когда он приедет дверь чинить. Или мы можем сами починить, но тогда он и нам должен будет заплатить за работу.

Саша улыбнулась и посмотрела на подругу.

– Я не уверена, что мы сможем побеседовать о… хозяйстве. И вообще не уверена, что стану с ним беседовать! Мне просто не нравится, что он так неожиданно пропал.

– Когда ты поедешь?

– Прямо сейчас.

– Тогда вот что, – решила Тонечка, – ты пока иди, а я соберу котомку. Ты можешь с ним не разговаривать, но не сидеть же впроголодь!

– Тоня, я тебя прошу, не выдумывай.

– Давай наводи красоту, только зайди потом обязательно!..

Саша наводила красоту долго, часа полтора. Легкомысленная Тонечка, если бы ей предстояло важное свидание, собралась бы за пятнадцать минут – просто от нетерпения! Вполне возможно, что она потом двадцать раз пожалела бы, что выглядит не так и надела не то, но вдумчиво собираться уж точно не смогла бы!

Саша собралась вдумчиво.

Когда она зашла с террасы, Тонечка и Родион, которые от крыльца таскали к печке поленья, замерли и разинули рты.

На карантине в Дождеве они совсем отвыкли от таких видений, какое сейчас являла собой Саша Шумакова.

Она была загадочно причесана – ни капли небрежности или, наоборот, продуманности, но все же на шее и висках выбивались пряди, очень женственно. Глаза подведены так, словно и не подведены вовсе, но сами по себе стали похожими на очи египетских цариц. Плотная черная футболка все подчеркивала и все скрывала, как и цветастая юбка, плескавшаяся возле щиколоток широкой шелковой волной. Сверху наброшена коротенькая курточка, очень сексуальная.

От Саши веяло духами, туманами и весенним ветром.

– Вот это да, – сказал Родион от души и утер нос тыльной стороной ладони.

– Какая красота! – искренне воскликнула Тонечка. – Ну, просто глаз не оторвать!

– Не смущайте меня, – попросила Саша. – Мне и так… нехорошо.

– Тебе хорошо, – уверила Тонечка. – Забирай сумку и отправляйся!

И она всучила ей объемистую матерчатую сумку, купленную когда-то в Италии в модной галерее, чтоб нести купленные там же альбомы с репродукциями.