Чистилище Сталинграда. Штрафники, снайперы, спецназ (сборник)

Два других автоматчика сыпали частыми очередями, а с верхних окон дома ударил пулемет, которому теперь не мешала стена, защищавшая снайперов.

– Бегом! – крикнул Андрей.

Пока их выручало расстояние. Пули шли россыпью, но пулеметчик быстро пристрелялся, и уйти от него будет не просто. Добежали до низины, пули взбивали землю едва не под ногами и свистели совсем рядом.

Скатились в неглубокую промоину, пулемет срезал кусты ивняка, но Андрей и Максим уже торопливо ползли, и пули шли поверху. Добрались до знакомого овражка и торопливо шагали среди кустов с облетевшими листьями. Ахнули несколько минных разрывов, но далеко в стороне.

Зато обоих обстрелял бдительный часовой восьмой роты, но промахнулся.

– Свои! – кричал Максим. – Прекрати стрельбу.

Палеха, выслушав Ермакова, с досадой покачал головой:

– В индейцев, что ли, играете? Какого черта туда поперлись?

– Минометную батарею искали.

Карту Палеха оценил. Долго рассматривал, цокал языком.

– Ну, фрицы, ну сволочи! Даже мой бывший блиндаж отмечен. Надо для себя кое-что перечертить и срочно отнести Логунову.

– А то, что вы батарею обнаружили, – это без толку. Если бы сразу по ней огонь открыли, может, и был бы прок, а сейчас уже поздно. Фрицы народ осторожный, перетащат свои трубы в другое место. Позвоню Логунову, может, договорится с артиллерией, влепят туда несколько залпов.

Но договориться комбат не сумел. Артиллеристы сослались на недостаток снарядов. Зато не пожалели боеприпасов немецкие минометчики.

Как и предсказывал Василий Васильевич Палеха, фрицы срочно перенесли минометную батарею на другое место. До ночи рыли окопы, отсечные ходы и укрытия. Искали пропавшего наблюдателя и с трудом отыскали тело, которое Ермаков и Быков затолкали под лестницу.

Кому-то крепко досталось за ротозейство – под носом убили наблюдателя и забрали карту. Неизвестно, какие «подарки» от начальства получил командир немецкой минометной батареи, но отыгрался на батальоне Логунова со злости от души. За ночь раз пять обстреливали позиции батальона. И хотя, догадываясь о готовящихся обстрелах, Логунов рассредоточил людей по наиболее надежным укрытиям, но постовых и дежурных пулеметчиков под землю не спрячешь.

Погибли двое бойцов, еще трое были ранены, и разбило прямым попаданием «максим», которых в батальоне насчитывалось не больше, чем полдесятка. От попадания фосфорного заряда сгорела землянка. Двое красноармейцев получили ожоги, остальные не пострадали, так как находились на постах.

– Вот тебе и наблюдатель, – укоризненно качал головой Палеха.

А начштаба Орлов не преминул подковырнуть:

– Зато у Ермакова теперь бинокль цейсовский. Богатый трофей.

Настроение слегка поднял комбат Логунов. Похвалил за трофейную карту.