Чистилище Сталинграда. Штрафники, снайперы, спецназ (сборник)

Вместе с ранеными отправили в санчасть четверых сопровождающих, и барак заметно опустел. Просились в тыл легко раненные, но Чурюмов по совету Зои отпустил только одного.

– У остальных царапины, – прикуривая самокрутку, уверенно сказала Зоя. – Воевать смогут.

Андрей со снайперской винтовкой стоял у окна, вслушивался в треск выстрелов. С другой стороны барака вел бой первый взвод во главе с Палехой. Увидел, как из окна высунулась голова в немецкой каске, выстрелил, но в спешке промазал.

– Слушай, лейтенант, – подошел он к Чурюмову. – Мы фрицам врезали, но не жди, что они отсиживаться будут. Полезут обязательно, надо их опередить. И послать кого-то выяснить, что там с Палехой и первым взводом.

Чурюмов, решительный, хоть и не слишком опытный командир, приказал проверить оружие и приготовить гранаты.

– Мы уже свое получили, – отозвался рослый боец в шапке с опущенными клапанами, плотно закутанный в шинель. – Ротный со вторым лейтенантом залегли где-то и ждут, пока мы все сделаем. Почему сами не наступают?

– Грошевой, приведи себя в порядок, – вскипел Чурюмов. – Мороза, кажется, нет, а ты клапаны опустил? Не слышно ведь ничего.

– Там хуже, чем мороз, дождь со снегом всю ночь хлещет. Сухого клочка не осталось.

– А куда подсумок с ремнем делся?

– В рукопашной схватке утерял, – явно заводил молодого взводного здоровяк Грошевой.

– Ты еще рукопашки не нюхал, – хмуро проговорил Андрей. – На своей шкуре испытаешь, по-другому заговоришь. Расселся, как баба, враскорячку, в шинель завернулся – все дела закончены.

Андрей в это время переодевался. Сбросил промокшую насквозь шинель, остался в телогрейке, перебрал патроны, протер их тряпкой. Рядом с ним сидела Зоя Кузнецова.

– Вот и идите, пуляйте по фрицам, – напутствовал его здоровяк. – А мы свое дело сделали.

Андрей хотел что-то сказать, но в разбитое окно запрыгнули оба разведчика. На телогрейках налипли хлопья мокрого снега, а пальцы одного из разведчиков были наскоро перемотаны окровавленным бинтом. Чурюмова они пока за командира не принимали, обращались к Ермакову.

– Андрюха, фрицы в другом конце барака сидят, и наблюдатель у них на крыше сторожки. – Могут ударить. Да и пополнение, наверное, к ним идет, возня какая-то за насыпью.

– До Палехи с Шабановым не добрались? Что там с ними?

– К ним не подойти. Два пулемета, один из дзота, другой с крыши сторожки, как метлой, все подметают. И видать по всему, ребята на минное поле попали, два трупа видели, а воронки мелкие, как после противопехотных мин. Пока дзот не взорвем и второй пулемет на крыше сторожки из строя не выведем, ребят не выручить. Правда, место там открытое, добраться рискованно будет.

– Вот и пусть они этот дот да сторожку сами взрывают, – снова подал голос здоровяк Грошевой.