Сборник коротких эротических рассказов

Таскает в дом всякую дрянь!

Выкинуть?… Черт с ней, пусть забавляется со своими игрушками. Идиотка.

Жорж нашел на столе бутылку, отхлебнул прямо из горлышка и отправился спать.

Разделся, осторожно перелез через жену, вытянулся и замер.

Комната спала. Не умолкали только часы, которых совсем не смущало, что их никто не слышит. Они никак не могли успокоиться и проговорили всю ночь. И вот уже утро. Ночь уходит из города. А в комнате еще темно. Пока.

Жанна потянулась и открыла глаза…

Неизвестный автор

Старуха-насильница

Эта легенда-тылгунд была рассказана однажды вечером в далекой заснеженной юрте на севере Сахалина.

Тайга обширна и многолика, населена множеством живых существ. И живет она своей, отличной от человека жизнью, по своим законам. Человек знающий войдет, и та одарит его своими богатствами, а незнающий, но самовлюбленно верящий в свои силы, погибнет."

"Не зря, ох не зря рассказывают старики, как нужно встречать тех, кто подошел к костру. Не заговаривай первым — кинз (черт) человеческого языка не разумеет, пока не услышит ее. Предложи еды гостю, не дожидайся, пока он ее попросит и выдай плошку из своих рук — родной котел чужих рук не любит. И гость и хозяин о своих делах должны говорить как бы невзначай, не хвастая о добыче и удаче.

Случилось так, что пошли трое молодых охотников соболевать. Выбрались к своему охотничьему угодью, обосновались. Старший бросил горящую бересту внутрь жилища, изгоняя злых духов, внес уголья из родного дома… Оставив младшего, Эськена, заготавливать дрова, да варить еду, старшие, Езак и Ымайе, отправились ставить силки, пообещав вернуться к вечеру.

Солнце уже давно собиралось уступить место Луне, когда за порогом послышался осторожный шорох.

— Заходите-заходите, а то ужин стынет давно, — угрюмо отозвался Эськен. Надо сказать, он был весьма раздосадован на товарищей за то, что не дали ему первый день в охоте провести, по рыхлому снегу тропки поискать.

К изумлению парня к очагу вышла старушка, маленькая и сухая, одетая в поношенный хухт (женский зимний халат) с черной каймой — седая и совсем беззубая.

— Ты откуда, бабушка, взялась?

— Сынок, ты бы дров побольше подложил, обогрел меня старую, накормил, а после бы спрашивал, черные глаза-бусинки хитро сверкнули.

— Угощайся, — пожал плечами охотник и хотел было положить ей еды, но та опередила его. Не обращая внимания на костер, внезапно затрещавший и фейерверком искр осыпавший ее обувь, она вычерпала чуть ли не с полкотелка. Эськен и глазом моргнуть не успел, как гостья съела все, удивился только еще больше.

— Интересно, — разомлела старуха — Сильный ли ты человек?

— Слабым не называли… — буркнул тот, про себя думая, хватит ли еды им троим, — за соболями слабые не ходят.