Сборник коротких эротических рассказов

В первые дни разлуки мадам не успевала выжимать платок от горючих слез, боль постепенно сгладилась, но яркие воспоминания остались. И вот где объявилась ее бывшая подружка!

— Вот что, парень! — сказала мадам Буже, — завтра утром ты пойдешь к ней и требуй, чтобы она сняла с тебя порчу, а там посмотрим!

На утро, как мы договорились с Мадам, я был в салоне Марго. Марго, как могла, утешала меня, при этом не забывала расстегнуть мою ширинку, проверяя, готов ли мой конек, чтобы его оседлать. Она опять убеждала о духовном и телесном уединении. Она встала на колени, стянула с меня штаны и уже собралась запустить жеребчика в ротик, как всколыхнулась зеленая занавеска и в комнату ворвалась, как фурия, наша мадам, отчего у Марго отнялся дар речи.

— Вот ты где, предательница! — закричала мадам, — разве так поступают колдуны, разве они используют клиентов в сексуальных целях?

Марго не нашла что сказать, этим воспользовалась мадам, она встала на колени и, виляя задом, подползла к Марго и совершенно другим завораживающим голосом, подлизываясь, спросила:

— Ты уже не любишь меня? Ты не хочешь приласкать свою маленькую собачку? Я такая маленькая, что мне хочется твоего молочка.

И Буже жадно припала к груди Марго, которая и придти в себя не могла.

«Да, — подумал я, — зрелище не для господ офицеров, надо уходить».

Уже в приемной я услышал раздосадованный голос Марго:

— Ох, как ты надоела мне, старая лесбиянка, но если ты маленькая собачка…

И мадам звонко и счастливо залаяла.

Спустя несколько дней я возвращался домой на автобусе и увидел в салоне Таню, моего белокурого Ангела.

Нас разделяли всего ледовал за ней.

Она, не замечая меня, зашла в темный островок возле какого-то дома, и я воспользовался этим обстоятельством, тем более, что никого кругом не было.

Она напугалась, пыталась кричать, но узнала меня и со всей злостью стала колошматить меня сумкой. Я держал ее крепко и даже опустился на колени, прося у нее прощения.

Но злость у нее не проходила и мне пришлось просто задрать ей подол, стянуть трусики, преодолевая ее сопротивление, впиться зубами в пушистый лобок. Таня вскрикнула, но руки ее обмякли, а когда я прошелся по ее чудесным холмикам, она даже прижала к себе мою голову.

Таня простила меня, все-таки любила и переехала жить ко мне. Всю неделю мы наслаждались друг другом.

Зная как мне нравится ее тело, она вообще не одевалась и прелюдией к слиянию были любые ее неприличные позы.

Мы любили друг друга, не зная, что эта наша последняя неделя перед долгой разлукой, что расстанемся не по собственной воле.

Сагуль Клара

Африканские страсти

Нет, мне никогда бы не пришло в голову рассказывать об этом, если бы не два обстоятельства.