Сборник коротких эротических рассказов

Шел, правда, необычный разговор, но почему же в нем не поучаствовать?

Вмиг для нее организовали место, наполнили бокал, познакомили с Рихардом.

Узнав, что Ирина — учительница русского и литературы, гость пришел в восторг. Во-первых, он хоть и немец, а большой поклонник русской классической литературы. Во-вторых, с учительницей литературы — понятно, немецкой — у него связаны чрезвычайно э… Пикантные воспоминания!

Оказалось, учительница, преподававшая в седьмом классе, не носила трусиков.

— Я это обнаружил совершенно случайно — нырнул под парту за упавшей резинкой или еще чем-то, — с удовольствием предавался воспоминаниям Рихард. — Нырнул — и обомлел! Чулки, резинки, ляжки — а дальше ничего! То есть как ничего? Оборвал он сам себя. — Как ничего?! Самое главное, самое потрясающее в каждой женщине: пизда!

Ирина буквально дернулась в своем кресле: такой грубости она никак не ожидала! Только что рассуждали о трансцендентности — и на тебе!

— Позвольте, вы кажется смущены? Даже негодуете? — чутко среагировал Рихард.

— Ах, как это мило, даже трогательно! Как свойственно великой культурной традиции, которую вы, несомненно, представляете.

Рихард явно был умилен, взволнован и поэтому фраза у него получилась не совсем правильная.

— Да уж, наша литература целомудренна и будьте добры, не упоминайте всуе вещей высоких, — отрезала Ирина, поджав губы."

"Она и не заметила, как Виола медленно встала и осторожно приблизилась к ее креслу сзади. Вдруг руки ее, лежащие на подлокотниках, обхватили резиновые зажимы. Виола наклонилась и впилась губами в ее губы, одновременно рукой раздвигая ноги и задирая юбку. Ирина поняла, что сейчас ею будут пользоваться на полную катушку и вдруг неожиданно для себя вместо страха испытала прилив обжигающего сладострастия. Как, как там они толковали?

Непреодолимое эротическое влечение к насильникам? А что ж, может быть…

Нилин С.

Кошечка

Торопливые шаги замерли за ее дверью. Она отвернулась от балкона, с которого открывалась панорама залива. Рядом с белыми моторными яхтами, лениво покачивавшимися на спокойной глади моря, лодки местных рыбаков казались совсем крошечными. На пляже, яркими цветными пятнами на фоне бледного песка, виднелись зонтики туристов.

Ручка двери повернулась. Этим утром она оделась особенно тщательно. Каблуки были именно той длины, которая позволяла подчеркнуть стройность ног. На ней была юбка и приталенная блузка. На запястье массивные золотые мужские часы, в ушах маленькие сережки. Кроме этого, никаких драгоценностей. Ее светлые волосы спадали на плечи.

Дверь открылась, и в проеме показался мужчина, который замер, уставившись, на нас. У него было сильное волевое лицо, а скошенные брови придавали ему какой-то сатанинский вид.