Сборник \

Депутатам отдельным помогает некоторые вопросы решать… Словом, обычный расейский банкир. В меру наглый и нахрапистый. Как большинство из них — бессовестный. Скупил на корню несколько колхозов в Псковской области. Точнее, скупил их долги.

— Благотворительностью занялся? С чего бы это? Умом повредился?

— Нет, с умом там все в порядке. Просто по тем местам должна вскорости пройти новая автодорога, вот он и скупает земли, через которые ее проложат. Оттого колхозы оттуда и выживает… Чего ты-то с ним не поделил?

— Да борзый больно, чуть нам машину не помял, а когда его джип с охраной в сторону оттерли, эти бугаи начали права качать…

— И в какую больницу их уже увезли?

— Сами они уехали!

— Да? Стареешь, мужик!

— Я им тут кое-что из лексикона покойного Манзырева поведал…

— Ну, тогда им еще больше не повезло…

— …Чтобы они не слишком уж выпендривались.

— Изверг ты! Человек к тебе, можно сказать, со всей душой шел…

— Ага…

— … Бейсбольную биту небось нес — покупкою похвастаться…

— Не, там гаишник стоял!

— Да? Ну ему-то он ее, скорее всего, не показывал. В этот раз… Удивляюсь я тебе! В твою сторону всякие сомнительные люди летят, прямо как мухи… на мед. Черт знает сколько тебя не было! Наконец, соизволил прибыть. И вот опять — драка!

— Да не дрался я!

— Тебе язык пломбировать надо! Как спусковую скобу на пистолете. Чтобы говорил тихо и медленно! С должным уважением к собеседнику!

— Да я и так стараюсь… только что правила хорошего тона не учу.

— А не помешало бы!

Вот умеет же человек заразить своим жизнелюбием! Прямо-таки диву даюсь! И это — при его профессии! Да, мне бы так насобачиться…

Яковлев ждал меня в своем кабинете. Напротив него расположился и Травников. Глянув на полупустую вазочку с печенюшками, я прикинул, что сидят они тут уже прилично. Как бы и не с утра.

— Присаживайтесь, Александр Сергеевич! Чаю хотите?

Чаю?

Словно бы песок скрипнул под ногами, а не блестящий паркет генеральского кабинета…

Стоило мне чуток зазеваться, как солнышко снова кольнуло меня своими жаркими лучиками. Оно уже переползло вбок, и теперь натянутая над укрытием плащ-палатка уже не защищала меня от него.

Чертыхнувшись, передвигаюсь в сторону, пытаясь хоть что-то спрятать в тень. Вот обещали же снабженцы нормальный кусок брезента! Сидишь тут целыми днями на солнцепеке, и никакого укрытия. Одно утешает — осталось всего четыре дня. Потом уходим вниз, передышка. А пока… торчим, в этой богом и людьми забытой дыре. И ждем. Неведомо кого. Тут проходит тропа, и теоретически по ней могут ходить ""духи"". Впрочем, почему — могут? Ходили они здесь. И не раз. На тропе остались их следы, пустые коробки от патронов, еще кое-какая мелочовка, ясно на это указывающая.