Сборник \

До этого сидеть тихо.

— Точно! С немецких-то позиций им стрелять сюда несподручно, холм мешать будет. Бойцы, что в окопах старых будут активность изображать, опосля этого представления к тебе и отойдут. Будут твоим пехотным прикрытием. Хоть и немного их, а все лучше, чем ничего. Так что не тяни тут, бери себе заряжающего, ветошь собирайте и отчаливай на прежнюю позицию. Держи! — я протянул ему флягу. — Сам распределишь, кому и сколько.

Чего-чего, а еды и водки у нас пока хватало. Хозяйственный лейтенант успел вывезти все наши запасы. Хотя бы этой проблемой можно голову не забивать.

Уже темнело, когда мы более-менее подготовили свои позиции. Я дал команду отдыхать, бойцы уже валились с ног. Немцы так никуда и не двинулись…

Разбудил меня грохот разрывов. Выскочив наружу из полуразвалившегося домика, где мы сделали себе временный штаб, я окликнул часового. Он подбежал, путаясь в длинной шинели.

— Что там бабахает?

— Не знаю, товарищ командир. Лейтенант распорядился разведку выслать. Ребята только что ушли.

— По нам не бьют?

— Нет, сюда ни один снаряд не залетал.

— Добро. Как разведка придет — сразу ко мне.

Умывшись и наскоро перекусив холодной тушенкой, я начал бриться. Как бы оно там все ни повернулось сегодня, а пугать окружающих небритой мордой не хотелось. Да и положение обязывало. Не сам по себе, какой-никакой, а командир. Пусть и временный, а все равно должен выглядеть аккуратно. За этим занятием меня и застал Рокотов.

— Красоту наводишь, командир?

— Ага, сейчас вот только добреюсь, одеколончиком спрысну — и можно в медсанбат к медсестрам чаи гонять.

— Так где ж его взять, одеколон-то?

— Водкой мордой протру, запах еще приятнее будет. Во всяком случае, соблазнительнее.

— Так госпиталь ушел. Еще вчера.

— Всех вывезли?

— Всех. Грузовики два рейса сделали. Лейтенант, что ими командовал, сказал, что военврач на аэродроме такую бучу поднял! Машины еще во второй рейс не ушли, а раненых уже в самолет грузить начали. Военврача самого чуть не силком в него засунули. За ним там уже целая депутация явилась. Он же у нас какой-то видный спец.

— А что же он тогда в госпитале делал? Раз такая величина здоровенная."

"— А кто ж его знает! Мало ли как все повернуться может. Вот у нас в роте и танкисты нашлись, и минометчики, и даже саперы. А числятся все пехотинцами.

— Да и не говори, лейтенант… Чего только в жизни не бывает! Что там за стрельба, выяснили?

— Выяснили. Немцы по болоту долбят.

— Ну и флаг им в руки. Оттуда еще затемно наши ушли. Значит, будут сегодня фрицы наступать. Это они себе дорогу расчищают. Чуток время пройдет, и по окопам звезданут.

— Объявляем тревогу?

— Незачем. Пока они болотные кочки с землей сровняют, пока по окопам нашим пустым пройдутся… Я думаю, что минимум час у нас есть.