Сборник \

И что теперь делать прикажете?

— Дверь туда заперта?

— Не знаю… у меня от этих дверей ключей нету…

— Пароль у немцев есть?

— Чаво?

Так, от него толку более не будет. И чего теперь с ним делать? Совсем еще сопляк, хоть и здоровенный. Прирезать его я могу мигом, только вот… щенок же еще совсем… те, на топчанах, постарше были, с них и спрос другой.

— Оружие у тебя есть?

— Есть, винтовка. В шкафу стоит.

— А еще там что есть?

— Еще ружья всякие.

— Ну-ка, — развернул я его лицом к шкафу, — давай показывай.

Нож мой перекочевал ему в район поясницы.

Он осторожно шагнул вперед, протянул руку, открывая створки.

Что тут у нас?

Две винтовки, наша трехлинейка и какая-то незнакомая. Охотничье ружье, рядом на гвозде висит патронташ.

Ого!

На полке лежат гранаты, три штуки. Это уже веселее…

Больше в шкафу ничего не было, только на самом его дне стояла пара сапог. Новенькие, как раз мой размер. Хромовые, что уже неплохо… Надо будет их с собой захватить…

Чего с этим обалдуем-то делать?

— Тебе сколько лет?

— В-в-восемнадцать…

— Чего не на фронте?

— Я б-больной, заикаюсь я…

— А в полицию служить пошел, здесь заикание не мешает?

— Т-т-так есть хочется…

— И как тебе этот кусок поперек горла не встал еще?

— Д-д-дяденька, не убивайте меня! Я вам что хотите сделаю!

Хм… Отправить его за ломом?

А что, вариант… Немцы его видели и запомнили. Да и появление дежурного полицейского всяко понятнее, чем визит угрюмого мужика с обрезом и топором.

Взяв с полки гранаты, я выдернул у одной из них чеку.

— Видишь? — сунул я ее под нос дежурному.

— Да…

— Чуть не так вякнешь, брошу ее тебе вослед. Там тебе и карачун, усек?

— Да…

— Сейчас пойдешь к немцам и принесешь мне лом с пожарного щита. Я следом пойду, совсем рядом, видеть тебя и слышать буду. Так что, сам понимаешь…

Он часто-часто закивал головой.

— Ну, тогда пошли, дорогуша… И помни — я рядом!

Мы прошли по коридору, миновали центральную комнату и уперлись в дверь. Полицай обернулся на меня, и я выразительно качнул наганом, указывая на нее. Вздохнув, он повернулся к двери, взялся за ручку… Чуть помедлив, толкнул. Против моего ожидания, она открылась неожиданно легко, даже не скрипнула.

ГЛАВА 27

Небольшой коридор, короче, чем в правом крыле дома. Дверей только две. Одна сбоку и одна в конце коридора. Обе закрыты, и никакого движения за ними не слышно. На стене сбоку висит пожарный щит. Вот и лом на нем имеется. Около щита на полочке стоит горящая керосиновая лампа."

"А прямо под ней на стуле развалился немец с карабином на коленях…

Видно было, что в тяжкой борьбе с Морфеем последний одержал убедительную победу. Часовой крепко спал…

Снова обернувшись ко мне, полицай глазами спросил — что делать?

Стволом нагана я недвусмысленно указал ему на пожарный щит.