Сборник \

— Я могу и просто отсидеться в лесу.

— Навряд ли. У меня взвод проводников со служебными собаками. Овраг окружен, на опушке батарея минометов. Если вы не выйдете отсюда через час-полтора, овраг накроют минами. После этого пустят собак.

— Где гарантия, что меня не подстрелят, как зайца, на открытом месте?"

"— Зачем мне ваш труп? Да еще таким сложным образом? Живым ведь вы не сдадитесь?

— Нет.

— Я так и полагал. У вас единственный шанс уцелеть — выйти через Сквороцовку.

— Скворцовку.

— А! Неважно, как она там называется. Дорога домой, подполковник, лежит через нее.

— А какой в этом ваш интерес?

— Вас там будут ждать.

— Кто?

— ""Выпускники"" профессора Маурера. Это ведь ваша основная цель, я прав?

Так, похоже, фрицы решили устроить обкатку своих сверхсолдат на качественном уровне. Что делать? Уйти не дадут, это ясно и ежу. Соглашаться? Что это нам дает? Шанс выжить. Против батареи минометов у меня такого шанса нет. Ну и холку я там кому-нибудь напоследок намну.

— И сколько их?

— Немного. Сумеете их обезвредить — скатертью дорожка, я правильно говорю?

— Дорога. Допустим, я согласен. Что дальше?

— Ничего. Я ухожу отсюда. Солдаты открывают выход из оврага и отходят на пятьсот метров от него. Вам хватит двух дней, чтобы дойти до деревни?

— Три дня. Я устал и хочу отдохнуть.

— Хорошо. Через три дня, если вы не выйдете к деревне, войска начнут прочесывание леса. Так что в ваших интересах, подполковник, не спать слишком уж долго.

Горн поднялся, отряхнул брюки и поправил фуражку.

— Ну, что ж, подполковник, тогда разрешите откланяться. Думаю, мы с вами договорились.

— Будем надеяться, что так, гауптштурмфюрер.

— У меня к вам убедительная просьба, подполковник. Я прошу вас воздержаться от недружественных действий к прочим солдатам рейха, хорошо? Мои полномочия достаточно велики, но вот вести ответный огонь я им не могу запретить.

— Если они не нападут первыми.

— Не нападут. Это я могу вам обещать.

— Тогда будем считать, что стороны пришли к обоюдному согласию.

Гауптштурмфюрер внимательно на меня посмотрел:

— Если позволите, подполковник, у меня есть личный вопрос. Вы можете на него не отвечать, если не хотите.

— Спрашивайте.

— Сколько вам лет?

— Сорок пять.

Немец что-то прикинул в уме.

— Так вы выпускник еще той, царской школы?

Черт! Как я не сообразил сразу? Сейчас ведь сорок второй год, и выходит, что я родился еще в прошлом веке? Да и фиг с ним, пусть поломают там, у себя, голову.

— Ваша проницательность делает вам честь, гауптштурмфюрер.

— Я могу что-то сделать для вас лично? Вы не курите, но, может быть, вам требуется продовольствие?

— Не помешает.

— Солдаты в конце оврага оставят несколько банок консервов и галеты, можете взять себе сколько вам нужно.

— Благодарю.