Сборник \

 — Вот расчет зенитного орудия. Вы приказывали представить их вам.

Я осмотрел артиллеристов. Шесть человек, немолодые уже мужики.

— Кто старший?

— Я, товарищ подполковник. Сержант Коростылев.

— Присаживайтесь, сержант. Да и вы все, товарищи, тоже. Вам старший политрук задачу объяснил?

— Да, товарищ подполковник. Все объяснил.

— А почему вас шестеро? Для зенитки вроде бы столько и не надо?

— На всякий случай, товарищ подполковник. Вдруг кого ранят или того хуже — убьют. Чтобы заминки при стрельбе не вышло.

— Вы понимаете, что со станции, скорее всего, уже не уйдете? Не дадут немцы.

— Понимаем мы все. Возраст у нас не тот уже, чтобы по степи бегать. А помирать — все одно когда-нибудь придется. Уж лучше так, с пользой для общества, чем в степи да на бегу.

— Ну, что ж, сержант. Спасибо тебе, да и всем вам спасибо от меня. И не только от меня, от всех нас! Налил бы вам, по обычаю, так нету…

— Разрешите? — Сбоку подошел Козицин.

— Слушаю вас, товарищ старший лейтенант!

Вместо ответа он протянул мне немецкую флягу, обтянутую сукном.

— Вот, товарищ подполковник, шнапс немецкий. В казарме взяли.

— Спасибо, старший лейтенант! Очень даже к месту! Ну, сержант, держи. Стаканов у меня тут нет, так что не взыщи.

— Благодарствую, товарищ подполковник. — Он взял флягу, глотнул из горлышка. Утер рукавом губы и передал ее соседу. — Не наша водка, но и это сойдет.

— Товарищ подполковник. — Сбоку нарисовался незнакомый боец. — Разрешите обратиться?

— Слушаю вас.

— Мы тут это, раненых относили. Так к нам немец подошел и говорит: ""Оберстлейтенант, оберстлейтенант!"" И рукой тычет на горку, где немцы сидят.

— Ага, это ихнее начальство забеспокоилось. Меня видеть хотят. Ну, сержант, извини! Выпил бы с тобой, так к немцам идти. Еще унюхают чего…

— Мы не в претензии, товарищ подполковник, все понимаем. Разрешите идти?

— Давай хоть обнимемся напоследок, сержант!

Коростылев встал, и мы обнялись. Я похлопал его по плечу, обнял по очереди остальных артиллеристов.

— Товарищ Сомов!

— Слушаю!

— Запишите имена и фамилии, адреса. Родным сообщить надо будет, когда к своим выйдем.

— Будет исполнено, товарищ подполковник!

— Козицын!

— Я, товарищ подполковник!

— В порядок себя приведи, со мной пойдешь. Одна голова хорошо, а две лучше. Вдруг я чего не усеку, так ты заметишь. Да и сверху посмотришь на мост, а то только я один эту картинку и разглядывал, вам не до того было. Там, у немцев, видимость хорошая, все видно. Вот и прикинешь, как будешь бойцов вести. Капитан тут пока за старшего остается.

Проходя по станции и пригибаясь в опасных местах, я еще раз осматривал все, что мы успели тут наворотить. Помимо втирания очков немцам приходилось тушить пожар уже по-настоящему, иначе мы имели все шансы не дожить до атаки.