Сборник \

— Связистки? Одни?

— Бывает, что и нет…

— Надеюсь, что в этот раз о вашем приезде пока еще никто не проведал? Не смущайтесь, капитан, здесь не монастырь, а я не настоятель, чтобы вам мораль читать. Давайте показывайте ваш обрыв.

Минут через пять собеседники вышли на берег. Кусты раздавались здесь в стороны, освобождая небольшую полянку. Она заканчивалась крутым обрывом, который спускался к реке. На его краю, метрах в двадцати от кустов, лежало несколько бревен. К ним вела еле заметная тропинка.

— Хм, действительно место романтическое. Надо отдать должное тому, кто его нашел, — есть у него тяга к прекрасному. Ну, давайте, что ли, на этих бревнышках и присядем.

Полковник выбрал место, смахнул рукой незаметные соринки и сел. Капитан устроился рядышком, поставив портфель около правой ноги.

— Итак, капитан, давайте для начала расставим все точки над ""и"". Не возражаете?

Лихов согласно кивнул головой.

— Вот, держите — это мои полномочия, — полковник протянул ему документы. — Читайте."

"— ""Полковник Чернов Михаил Николаевич, является специальным представителем Ставки Верховного главнокомандующего. Его указания обязательны к исполнению всеми военнослужащими РККА, партийными и советскими работниками, независимо от их звания и занимаемой должности"". Подпись — Верховный главнокомандующий И.В. Сталин, печать…

— Этого вам документа достаточно, товарищ капитан?

— Вполне. А что, товарищ полковник, есть и… другие документы?

— А вам не откажешь в сообразительности! Есть, как не быть. Просто, как я полагаю, именно вот этот снимает все возможные вопросы и недоразумения.

— Спрашивайте, товарищ полковник. Скажу все, что знаю.

— Ну никаких подписок я у вас отбирать не буду, сами все понимаете, капитан. Все, что будет тут сказано, никто другой услышать не должен.

— Понимаю, товарищ полковник.

— Да не держитесь вы так официально! Я же вас не на допрос вызвал. Мне с вами поговорить нужно. Рапорта ваши и протоколы допросов я прочел и дело в основном знаю. Вы, если не ошибаюсь, с Леоновым этим сами беседовали. Ведь так?

— Так, товарищ полковник.

— При каких обстоятельствах, если не секрет?

— Проводил профилактическую беседу.

— На предмет?

— Возможного привлечения его к сотрудничеству.

— И как успехи?

— Мне он показался… бесперспективным, что ли… не подходящим для этого дела…

— Это вероятный-то агент британской разведки не показался?! Обладающий неизвестными для нас приемами и методами ведения боевых действий? Как же вы так — опытный контрразведчик и не выявили его антисоветскую сущность?

Капитан побледнел.

— Я…

— А ведь вам Виктор Кузьмич говорил, наверное, сначала думать, а потом уж и говорить. Ведь так?

— Так…

— То-то же! Про бритву Оккама слышали?

— Э-э-э… нет.