Сборник \

Поднимай ребят и перекрой им тропу, она там одна.

— Сколько их?

— Предположительно человек десять.

— У меня тут семеро курсантов, да нас двое. Лагерь без охраны не оставим, значит, пойдут всего семь человек. Часа через три-четыре дойдем.

— Ну и они тоже где-то часов через пять там будут. Вы должны успеть до их подхода.

— Постараемся.

— Главное — задержите их. Там за ними ребята из отряда идут, они все сами сделают. Лишь бы эти уйти через границу не успели.

— Лады. Мне с ними всерьез бодаться не с руки. Ребята всего как месяц оружие в руки взяли, в бою еще никто и не был.

— Вам всего час продержаться надо-то.

— Сделаем. Отбой, конец связи.

— Конец связи. Семьдесят семь.

— Семьдесят семь.

Положив манипулятор, я обернулся к дежурному.

— Так. Всем срочный подъем по тревоге. Брать только оружие и боеприпасы. Ты и Джангаев остаетесь тут — охранять лагерь до нашего возвращения. Не спать! Смотреть в оба! Джангаеву — к пулемету. Ждать нас, быть постоянно на связи. Мы со своими станциями до базы не добьем, будете нас ретранслировать. Все, пошел!

Через несколько минут пятеро курсантов уже стояли у палатки. Пока они строились, я успел ополоснуться и чувствовал себя посвежевшим. Подошедшему Петровичу я в двух словах пояснил обстановку. Он покачал головой:

— Странно. Чего это их именно по данной тропе понесло? Да еще днем? Удобнее места для отхода есть, да и отсидеться они вполне в лесу могли бы.

— А черт их знает! На хвост им как-то сели же? Может быть, застукали при установке, может, еще чего, кто знает? По связи всего и не скажешь ведь.

Я осмотрел курсантов. Что мы имеем? Семь автоматов, две ""семерки"" и пять ""пятерок"", один подствольник — у Петровича, три пистолета. Два у меня и один у Петровича. Одиннадцать гранат. Патроны — как положено при выходе. Все. Негусто? Как сказать…

— Петрович, давай командуй. Я с Ханом — в головной дозор. Связь — по варианту два.

— Давай двигай.

Кивнув курсанту, я двинулся по тропе. Отстав метров на сто, двинулась и основная группа. Хан бодро топал впереди. Он вообще-то не совсем местный, его семья приехала сюда лет пятнадцать назад из Татарии, аккурат перед войной. Он тогда вовсе пацаном был. Однако войну видел, и похоже, что запомнил ее надолго. Парень шустрый, и толк будет. За чуть раскосые глаза и прилипло к нему это прозвище.

Солнце уже взошло и начало понемногу припекать. Скоро совсем разойдется, и тогда будет невесело. А пока можно двигаться быстро. Примерно через два часа мы вышли на начало тропы. До места осталось еще около двух километров ходу.

— Товарищ инструктор!

— Да, Хан, что у тебя?

— Мы можем путь срезать, быстрее придем.

— Это как же?

— А тут есть тропка, можем обойти вон ту горку.

— На карте покажи.

Хан поглядел на карту и покачал головой.

— Нет тут ничего.