Сборник \

Тогда попрошу вас ответить на самый первый: кого держали немцы в санатории? Вы говорили с этим человеком, кто он? И почему вокруг его личности возникает так много непонятного?"

"— Простите, товарищ народный комиссар, но вот именно на этот вопрос я не могу вам ответить в полной мере. Это, несомненно, наш человек. Доказательством может служить хотя бы тот факт, что он подорвал бункер, нанеся тем самым колоссальный урон немцам. К сожалению, мое с ним общение длилось очень и очень недолго. Но даже из этого я могу сделать твердый и безошибочный вывод: он знает о характере нашей деятельности. Вернее, знал.

— Вы абсолютно в этом уверены?

— Да, товарищ народный комиссар. Абсолютно уверен. В самые первые минуты нашей встречи он безошибочно назвал мое имя и отчество. Согласитесь, что даже в данном здании немного найдется людей, настолько осведомленных. Он совершенно точно знает лейтенанта Барсову. Не исключаю, что лично.

— Это, кстати говоря, очень интересный факт. Барсова пишет, что по ее впечатлению разговаривавший с ней по телефону человек общался с ней и ранее. Ей знакома манера разговора, привычка строить фразу. Да что я говорю — вы и сами, товарищ майор, неоднократно сталкивались с фактом, что речь человека, которого вы видите в первый раз, вам знакома. Ученые называют это чувство ""дежавю"" — ""уже видел"". Так вот, у Барсовой это самое ""дежавю"" встречается уже второй раз. Не слишком ли часто?

— Не думаю, товарищ народный комиссар. Как вы знаете, ""обычных"" людей в нашем подразделении изначально нет. Каждый уникален по-своему. Вполне естественно, что такие люди привлекают к себе точно таких же, но находящихся вне нашей организации. Более того, я склонен думать, что такие встречи были не только у Барсовой.

— То есть, вы хотите сказать, товарищ майор, что ваши сотрудники сознательно скрывали от вас некоторые свои контакты?

— Не так, товарищ народный комиссар. Я не исключаю того, что не все из них в должной мере смогли оценить необычность таких встреч. В конце концов, мы слишком мало знаем о некоторых особенностях человеческого организма. Мы долго сидели с товарищем Благовым…

— И каково ему было получить подтверждение своей правоты столь экстравагантным образом?

— Честно говоря, товарищ народный комиссар, он был в немалой степени потрясен. Скажу более — даже дар речи потерял. Ведь о его исследованиях знает настолько узкий круг людей, что я их свободно могу пересчитать по пальцам двух рук. И, кстати говоря, после некоторых раздумий товарищ Благов предложил один интересный вариант.

— А именно?

— Он посоветовал нам покопаться в прошлом. Не исключено, как сказал Благов, что мы и ранее контактировали с подобными людьми.