Сборник \

Инструктор одобрительно похмыкал:

— Давай, резко повернись и руку вскинь! Так! И еще раз! Вот смотри — оружие у тебя никуда дальше не вылетает, и инерцией его не забрасывает. Что это значит?

— И что же?

— А то, дорогая моя, что вес этого ствола очень точно сочетается с твоей мускулатурой. Быстро ты его чувствуешь и легко управляешься. Нет, стрелять-то ты у меня из всякого оружия будешь, до пулемета включительно! Но штатным, личным твоим стволом будет теперь этот револьвер. Точнее — два револьвера. Для начала. Потом тебе еще пистолеты по руке подберем. Ибо будешь ты стрелять с двух рук!

— А смогу?

— Пробовала раньше?"

"— Пару раз… но так, не очень вышло. Времени не было.

— Научишься, это дело наживное. Ладно, у нас обед на носу, так что давай, сворачиваем манатки и пошли на перекус.

Сытный обед провалился в желудок почти мгновенно. Даже в сон слегка потянуло. Так и хотелось присесть на солнышке и подремать — ну, хоть чуточку! Увы… не вышло.

— Ну, дорогуша, присаживайся! — Новый преподаватель оказался уже совсем пожилым дядькой с седыми волосами и такими же усами. Роста он был невысокого, худощавый и какой-то сонный.

""Странно, — думала Марина, разглядывая его, — что же в нём такого непредсказуемого? Обычный дядька… даже, скорее, дедушка…""

— И каким ветром занесло тебя, моя красавица, в наше чертово гнездо? — полюбопытствовал дедок.

— Так, перевели… вот и всё…

— Э-э-э, нет, голуба! Сюда просто так не попадают! Какое-то выдающееся злодейство совершить надобно! — назидательно поднял вверх палец седоусый.

— Да ладно тебе, Степаныч! — укоризненно проворчал майор, сопровождавший её в этот неприметный домик. — Совсем бедную девушку в краску вгонишь! Будет теперь думать о нас неведомо что!

— И-и-и… про тебя самого, сколько ни думай, а и половину твоих художеств измыслить не выйдет! — отмахнулся тот. — Не смотри, дорогуша, что он такой тихий да обходительный! Тот ещё фрукт, ты уж мне поверь!

Майор только головою покачал. Видно было, что они оба уже давно привыкли к таким вот дружеским подколкам, как-то не соответствовавшим обычному армейскому стилю.

— Ладно… — проворчал Степаныч. — Делать нечего… Попала нога в колесо — пищи, а беги! Будем с тобой работать…

Он прошёлся по импровизированному учебному классу, достаточно большому, но плотно заставленному какими-то непонятными из-за скрывавших их чехлов предметами обстановки.

— Вот скажи мне, дорогуша, — произнес седоусый, останавливаясь напротив неё. — Представь себе — ты в тылу врага. Оружия нет, и вообще всякие смертоубийственные штуки применять нельзя. У тебя с собою вот эта папка.

На стол легла небольшая коричневая папка для бумаг.

— Времени у тебя — две минуты. Потом здесь устроят обыск.