От винта! [Сборник]

 – Они с Иваном вышли.

– А почему именно его, Павел Петрович? Есть лётчики и получше! Вон, Островский, например.

– Взгляд понравился. И машину чувствует, ещё когда вывозной ему делал, то обратил внимание. И почерк похож на почерк Ивана. Чуть поднатаскаю, получится хороший ведомый. Так что у вас по увеличению штатов техсостава? Техники прибыли? – перевёл я разговор в другое русло.

Когда мы закончили и подошли к стоянке, Пётр лежал под крылом, положив голову на «дутик». Услышав наш разговор, поднялся и встал возле левого крыла. Я попрощался с Владимиром Ивановичем, затем подошёл к нему.

– Зовут меня Павел Петрович, позывной «Четвёртый».

– Меня зовут Петя, Пётр Васильевич. Позывного нет, на моём самолёте был только приёмник.

– Будешь «Пятым». Первый, второй, третий – это позывные 14-го полка. Налёт у тебя какой?

– Самостоятельно – 25 часов, из них 8 часов на И-185. Семь боевых вылетов, три сбитых, все «лапотники». Но на таком, – он показал на самолёт Ивана И-185н-71фн, – я не летал. Капитан Елисеев показал всё. Я на земле его опробовал.

– Справишься? Или…

– Справлюсь! Управление одинаковое, товарищ генерал.

– Ладно, по машинам. К запуску!

Разошлись по машинам. Вырулили на старт. Пётр немного резковато тормозит. Волнуется, наверное. Решил замечание не делать, только перед посадкой скажу.

– Я – четвертый! Прошу добро на взлёт!

– Четвертый! Вам взлёт!

Взлетели, «пятый» немного близковато идёт. В полках так учат.

– Пятый, оттянись и держи дистанцию 70—100 метров, выше двадцать.

– Вас понял!

Из Барвенково идём в Купянск. Фронт слева, установил связь с «Косой», там Люда дежурит.

– Четвёртый. Вас вижу. Эшелон 3 и 5. Вокруг вас чисто!

Через десять минут Люда сказала:

– Четвертый! Пересекающимся курсом пара противника, выше два, курсовой 10 часов. Дистанция десять.

– Понял. Пошёл наверх! Пятый, слева противник. Пошли наверх.

– Пятый понял.

Заняли высоту 5.5.

– Четвёртый. Противник ниже вас 500, дистанция три километра, курсовой девять.

– Понял, разворачиваюсь! Пятый, курс 280!

Резко поворачиваю и замечаю две точки.

– Пятый, прикрой, атакую. После атаки разворот на солнце!

– Прикрываю! – «Только бы не оторвался!»

Немцы заметили нас и начали перестраиваться для атаки. «Мессеры»-охотники. В лоб на них опасно: три пушки и два пулемёта. Даю ногу, иду со скольжением, обернулся: Петя на месте. Манёвр понял. Огонь открыли одновременно, трассы прошли мимо, косая петля на солнце, только бы не оторвался! У нас скорость больше, мы развернулись ещё до того, как немцы закончили манёвр, я подорвал машину «разворотом на пятке», форсаж, атакую. Петя размазал манёвр, он так никогда не разворачивался, но догоняет. Ведомый в прицеле, на борту небольшое красное сердце, пронзённое стрелой. «Маска! Да я тебя знаю!» Очередь, вторая.