Сборник "Проект «Оборотень»"

Тебе слова «Одесса» и «Привоз» ничего не говорит? – подозрительно произнес я.

– Нет, а что, должно?

– Еще как… – мстительно проговорил я и отключился.

А ведь не справится майор. Будет рвать пупок и молчать. Но не успеет к сроку. Слишком много задач.

– Командирам групп, посмотрите, кто там у вас разбирается в инженерных коммуникациях или имеет техническое образование, отправить в распоряжение майора Дреола. Исполнять.

– Как раз закончили, – небрежно отозвался гатриец.

– Что-нибудь интересное?

– Ну… – Он помедлил. – Если тебе слово «Арином» знакомо…

Я мгновенно вспотел, несмотря на климатизатор бронескафандра.

– Уровень шесть, центральный отсек.

Не медля ни секунды, нырнул в вертикальный ствол, где до штурма был лифт, и скользнул на шесть этажей вниз.

Обширный, словно спортзал, отсек был почти пуст. И только в дальнем углу в окружении одетых в броню десантников, накрепко привязанный к стулу, топорщился гуманоид неопределенного пола. Из-под плотно сжатых губ на мятый комбинезон стекала тонкая струйка слюны. Да… Психотропный допрос – это совсем не сахар. Особенно если его проводят бойцы моего разведвзвода. Они просто психи. К несчастью для врагов Империи, прекрасно обученные и абсолютно лишенные таких предрассудков, как гуманизм и прочее.

– Утверждает, что диверсионный отряд Имперской Разведки. Имеет приказ взорвать «Арином» при возникновении определенных ситуаций.

– Каких ситуаций, откуда он вообще взялся, на чужой-то базе? – Я с интересом посмотрел на пускающего слюни разведчика.

– Не говорит! – Гатриец развел руками.

– Навроде… – Гатриец кивнул шлемом и добавил: – Мы тут корячимся, а они…

– Остальные члены команды?

– Изолированы. – Риги махнул рукой куда-то в сторону служебных коридоров.

– Он сказал, где это чудо?

– Ну… Еще бы он не сказал! – ласково произнес Эверон. – И даже показал. И сам код набрал. Покладистое такое чмо…

Одного взгляда на пленного было достаточно, чтобы понять – покладистость была свежеприобретенным качеством.

Короткий, метров в сто коридор, массивная дверь, вывернутая с корнем турель излучателя и тускло освещенный ангар метров сорока длиной и высотой около десяти. И в центре спокойненько так, поблескивая серыми полированными боками, полуцилиндр. Эдакая разрезанная вдоль восьмиметровая колбаска, лежащая на плоской части. «Арином». Широко известная в узких кругах планетарная мина дархонского производства. Вот, оказывается, чего мне не хватало для полного счастья.

– «И сказал: он не будет твердь. И не стало тверди».

– А? – вскинулся Эверон Дарги.

– Ничего. – Я махнул рукой. – Музыкой навеяло.

– А вы меньше маршей слушайте…

– Ты еще подначивать будешь! – устало отозвался я.