Магия белых ночей (сборник)

– И не подумаю, ведьма! Ты теперь вся моя!

Над Питером на драконе, или Тонины проделки

– Зачем вы это делаете? – произнёс незнакомый мужской голос рядом со мной. Бархатный, глубокий.

Говорят, у девушек от такого голоса должны побежать мурашки по коже. Но меня бог миловал – я была слишком занята.

– Экзамен хочу сдать, – ответила я деловым тоном и продолжила натирать ножку статуе.

Композиция «Размышление о Маленьком принце» – одна из статуй во дворике филологического факультета Санкт-Петербургского государственного университета – представляла собой то ли тщедушного арлекина, то ли ещё кого – попробуй разбери. Он печально сидел, закинув ногу на ногу, с книгой в правой руке. Студенческая легенда гласила, что если хочешь сдать экзамен, то нужно потереть одну из его ног, поэтому она была тщательно отполирована.

– А, понятно, – ответил мужчина. – А я вот хочу найти невесту.

– Тогда вам не сюда, пойдёмте, – ответила я машинально и наконец оставила ногу в покое. Деловито подошла к Тоне и махнула ему рукой, мол, иди сюда.

Мужчина проследовал за мной и встал рядом. Очень высокий, большой. Показалось, что само его присутствие делает воздух густым.

Бегемотиха Тоня лежала прямо на перилах низкого крыльца. Ступени вели вниз в одно из помещений филфака.

Маленькая, пухленькая, я бы даже сказала – жирненькая. Она спала, распластав по крыльцу толстое тельце. Оба её крошечных уха были весьма сильно натерты и блестели тусклым золотом.

– Вот! – указала я незнакомцу. – Бегемотиха Тоня. Легенда гласит, что мужчине, желающему найти невесту, следует потереть одно её ухо. А девушке, желающей найти жениха, – другое.

– Так какое ухо тереть? – улыбнулся мужчина.

– Не знаю, – пожала плечами я. – Вроде раньше здесь была табличка, кому какое ухо тереть. Теперь вот нет. А сама я не помню, как надо. Так что погладьте то ухо, которое натёрто меньше – думаю, более блестящее натерли девушки, они чаще озабочены личной жизнью.

– Я даже не знаю, какое из них более блестящее, – продолжил улыбаться незнакомец. Это, и верно, было неочевидно – больно уж маленькие уши.

– Ну… оба потрите! – начала кипятиться я. – Думаю, Тоня разберётся, кто вам нужен. Она же видит, что вы – мужчина.

Вот ведь навязался на мою голову. Зачем я вообще с ним заговорила и повела к Тоне? Какая мне разница, если кто-то ошивается во дворике филфака и ему нечего делать? Турист какой-то, наверно. А мне что до него? Я вовсе не экскурсовод.

– Хорошо, я поступлю, как вы сказали, – мягко ответил мужчина, присел на корточки и принялся старательно гладить Тонины ушки.

Я хмыкнула и хотела уйти, но в этот момент взгляд упал на его лицо, и я обомлела.

Самый красивый мужчина на свете сидел на корточках и занимался самым смешным на свете делом!

Красив он был неописуемо.