Магия белых ночей (сборник)

 – Ну без шуток?

– Зельева, мы опаздываем! – рявкнул он зло. – Тебе что, не говорили – на службу нужно являться не просто вовремя, а раньше положенного времени. Какого ты явилась так поздно?

– Не ори, Морковка, – смекнув, что выбор у меня небольшой – или байк, или общественный транспорт, – я быстро запрыгнула на высокий багажник. – Гони. Хотя мог и предупредить, что ты двухколесный.

– А ты могла бы и спросить, могу я за тобой заехать или нет. А не царственно ручкой махать.

– Ой, Морковка, не трынди. Крути педали на Гороховую.

Он что-то зло проворчал себе под нос и завёл… Да, байк. По рулю заходили прикольные оранжевые огоньки. Багажник, на котором я сидела, расширился прямо под моим задом и превратился в удобное кресло. Колёса вспыхнули фиолетовым, крутанулись, наклонились под неожиданным углом и замерли параллельно поверхности земли. Снова вспыхнули и завертелись.

– Это чё такое? – не выдержала я.

– Зельева, так какой у тебя там диплом? – с самодовольной физиономией снова уточнил Лёва.

– А ты, Каменистый, рыбка аквариумная? Память только кратковременная? Красный он у меня. Красный!

– И всё же зря выдали, – хмыкнул он. – Поехали.

Гаргул отвернулся, нажал на звоночек, и в этот момент кто-то с силой приложился чем-то по спинке моего кресла. Колеса замерли, погасли и мгновенно стали обычными, впрочем, как и багажник подо мной. Икнув, я зыркнула себе за спину.

– И куда это ты, Златочка, собралась с новым хахалем вместо работы? Я прежнего еле извела, а ты опять за своё!

– Тётя Глаша, – я закатила очи к хмурым небесам. – Это не то, что ты думаешь.

– Ах, не то? – Она упёрла одну руку в бок, во второй у неё была увесистая клетчатая сумка непонятно с чем. – Так, может, это у тебя уже личный водитель, который тебя работать увезёт? А?

– Я её напарник, тётя Глаша, – обернувшись, хмыкнул гаргул. – И именно в контору я её и везу.

– Ой, – ведьма просияла. – Лёвушка, ты ли это? А как вырос! Весь в отца, красавец. Ну, конечно же, как я позабыла, хвалилась же твоя бабушка, что тебя к самому Илье Никитичу направили как лучшего студента. Хлопец ты мой.

Меня перекосило от такого радушия. Взгляд упал на сумку, что держала тётка. Там виднелось нечто белое в синий цветочек. Не сдержав любопытства, протянула руку и достала тряпку.

А вернее – рейтузы. На этикетке чётко чёрным по белому было написано «68 размер».

– Это что? – приподняв бровь, уставилась на родственницу.

– Да это я не себе, – замялась она. – Соседке. Тестовой. А дёшево, считай, копейки. Чего не взять?

– И откуда? – Лев тоже с подозрением разглядывал женское бельё.

– Да пока Златка спала, я к Рыбкиной сбегала, из русалок которая.

– А у неё откуда? – дожимала я тётку.