Искатели неба (сборник)

И в тот же миг мир вокруг просветлел – и мы вынеслись из облаков!

Я вскрикнул – не от страха, от восторга. Это было так красиво… человеку просто не дано видеть такую красоту.

Под нами тянулись облака. Сплошной пеленой, во весь горизонт. Только уже не серые, тоскливые, а белые, будто снег. Под нами раскинулось бесконечное заснеженное поле, холмистая равнина, которой никогда не касалась человеческая нога. Причудливые завитки, застывшие фонтаны, ленивые водопады облачной пены… А над всем этим – ослепительное голубое небо и яркое солнце.

– Хелен… – прошептал я. – Как красиво, Хелен…

Облачное море под нами жило своей, неторопливой и размеренной жизнью. Текли ленивые воздушные реки, крутились облачные омуты, снежной пылью проносились прозрачные клочья тумана. По белой равнине неслось темное пятнышко, легко перескакивая через самые огромные гряды. Мгновение я вглядывался в него, пытаясь понять, что за птица взвилась над облаками, а потом крикнул:

– Хелен, это наша тень?

– Да. – Летунья повернулась, по ее лицу скользнула улыбка. – Красиво?

Я кивнул.

– Люблю летать над облаками. Хотя это и опасно.

– Почему?

– Долго объяснять. Много причин, Ильмар. Например, лед.

Было и правда холодно, но, кутаясь в плащ, жадно вглядываясь в невиданный облачный край, я этого не замечал.

– А при чем тут лед? Неужели можно замерзнуть?

– Посмотри на крылья.

Крылья стеклянно поблескивали. Действительно, их покрывала тонкая корочка льда.

– Это лишний вес. Крылья специально выкрашены сверху темной краской, чтобы лучше грелись на солнце. Но мы сильно намокли, проходя облака, лед тянет нас вниз. Мне придется сейчас сжечь второй толкач.

– Давай, – сказал я, садясь поудобнее. Страха больше не было, смешно было вспоминать короткую панику. Рядом с Хелен, лучшей летуньей мира, над чудесной облачной страной – о плохом не думалось.

Второй толкач сгорел быстрее, или мне просто это показалось. Но мы взмыли еще выше, белое море под нами сгладилось, стало почти ровным. Воздух стал совсем холодным, обжигающим.

– Как дышится? – спросила Хелен. Голос ее как-то изменился, стал тоньше, пронзительнее.

Дышалось и впрямь странно… будто высоко в горах. Ну да, мы же одним махом поднялись на альпийскую высоту…

– Трудно, Хелен!

– Терпи. Мы на высоте трех километров. Понимаешь? В горах был?

– Да… Хелен, а если выше?

– Задохнешься. Да и крылья не удержат. Уши не болят?

– Нет… Скажи, а ты залетала выше?"

"– Да, но немного. Это почти предел для планёра. На шарах поднимаются до десяти километров – но там вообще нельзя дышать.